Грубо отделанный подземный ход знакомо загибался кудато в сторону. Когда же будет эта проклятая дверь?

Грубо отделанный подземный ход знакомо загибался кудато в сторону. Когда же будет эта проклятая дверь? Так и не встретив по пути никакой двери, кроме прикрывающей вход в катакомбы, ротмистр взлетел по лестнице прямо в предутренние сумерки и сразу же уперся взглядом в понуро сидевших под кустами смородины путешественников. – Похоже, не вышло, граф. – Николай указал пальцем на темневший в нескольких десятках метров за забором знакомый дом. Не отвечая, Чебриков выхватил из кармана напоминальник и, стремительно нажав несколько кнопок, поднес к уху. Спустя пару минут его руки бессильно опустились. – Нет там никакого перехода. Видно, роя этот ход, люди Колуна слишком сильно забрали в сторону, – потерянно объяснил Николай. – Или вообще... Гдето далекодалеко, на грани слышимости раздался вой сирен. – Что же мы сидим? – вскинулся ротмистр, пряча бесполезный прибор в карман. – Я же вызвал по телефону полицию! Через несколько минут здесь все будет оцеплено – мышь не проскочит. Уходим немедленно! Десятью минутами спустя окна «хазы» Колуна были ярко освещены, несмотря на свет восходящего солнца, а во двор, к темносиним фургонам с белосиними «мигалками» на крышах, люди в глухих шлемах, увешанные оружием, выводили, заломив руки, и выносили хозяев и гостей. Встретивший путешественников мир был тих и солнечноясен. В первый момент всем даже показалось, что переход снова не сработал, но вскоре различия стали заметны. – Ну и куда нас на сей раз занесло? На противоположной стороне водохранилища вместо ожидаемого пейзажа с приземистыми башнями бергландских фортов возвышались все те же пять труб электростанции, правда слегка изменив свое расположение и окраску, а сам уровень водоема сильно понизился. Николай тронул за рукав ротмистра, колдовавшего над своим прибором, но тот только отмахнулся, пробурчав под нос: – Не скажу точно, но эта местность никак не может быть моей родиной... – Что, опять напоминальник не работает? – Да, основные функции пропали, хотя какуюто активность он улавливает. Вот, послушайте сами. Чебриков до предела добавил громкость, и под разухабистую музычку путешественники услышали: