Драма, вдохновленная историей и политикой Южной Кореи, «Игра в кальмары» рассказывает о Сон Ги Хуне и 455 других обремененных долгами участниках, которых увозят на остров, чтобы сыграть шесть раундов в детские игры. Если они выживут, они выиграют 45,6 миллиарда вон (около 38 миллионов долларов). Если они проигрывают, они умирают ужасающим и бесчеловечным образом - все это время группа миллиардеров наблюдает за этим с удовольствием делая ставки.
Это четкий комментарий того, насколько сокрушительным может быть экономическое неравенство и финансовая нестабильность для людей с низкими доходами - проблемы, которые только усугубила глобальная пандемия. Особенно на фоне последних 18 месяцев: «Люди могут идентифицировать себя с чувством, будто они не правящий класс, а аутсайдеры или угнетенные», - рассказывает д-р Эрик Бендер судебный психиатр. Netflix Грейс Юнг, стипендиат Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе со степенью доктора философии в области кино и медиа, объясняет, что обещанная выплата за вложения времени и денег - от школьных ссуд до неоплачиваемых стажировок и ипотечных кредитов - никогда не дается людям с низкими доходами при капиталистической системе. «Это большой резонанс [игры Игры в Кальмара]», - говорит Юнг. «Долг заставляет всех чувствовать себя уязвимыми, тревожными и отчаянными». Действительно, отчаяние - это то, что заставляет участников Игры в Кальмара соревноваться.
Хотя им предоставляется возможность покинуть игру в начале шоу, все они в конечном итоге возвращаются, понимая, что поиск в реальном мире без какого-либо жизнеспособного способа избежать бедности, возможно, хуже, чем рисковать смертью ради изменяющего жизнь приза. С этой точки зрения жестокость почти не имеет значения, хотя, вероятно, есть люди, которые действительно следят за кровью. «Насилие действительно ставит восклицательный знак на элементах человеческой борьбы», - говорит доктор Правин Камбам, детский, подросток и судебный психиатр. «[Это] показывает, насколько далеко эти люди готовы зайти ... Они скорее будут терпеть этот уровень насилия или вероятность насилия, чем иметь дело с системой вне игры».
Этот социальный комментарий говорит с нами на глубоком уровне, но ужасающий формат игры также добавляет привлекательности дораме. «Противопоставление невинности детских игр осознанию того, что вот-вот произойдет что-то садистское, создает когнитивный диссонанс, который« усиливает ужас и чувство бессилия », которые мы чувствуем во время просмотра, - говорит доктор Памела Ратледж, психолог по СМИ. Бендер добавляет, что когда он видит детей на терапии, становится очевидно, что они «не контролируют свою жизнь». Поэтому, когда взрослых заставляют играть в детские игры, это похоже на то, как будто все меняется, и «внезапно дети перестают все контролировать». Это делает Игру в Кальмара душераздирающей и дьявольски эффективной: так же, как зрители были в ужасе, узнав, что Голодные Игры предлагают детей в качестве дани, так и Игра в Кальмара постоянно обезоруживает нас - отражение того, что чувствуют сами персонажи.
Netflix также ковыряет в извечном дискомфорте. «Что тонко и коварно, так это то, что детские игры жестоки сами по себе, - говорит Бендер. «Кто-то остался в стороне, кто-то не может сидеть, когда музыка останавливается, кого-то заставляют думать, что он не справился с работой». Игра в Кальмара улавливает это мучительное чувство и разыгрывает его все более умными способами. Что такое игровая площадка, задается вопросом шоу, если не микрокосм беспощадного делового мира при капитализме?
По мере того, как «Игра в кальмар» прогрессирует, моральные дилеммы, с которыми сталкиваются персонажи, становятся все более непреодолимыми, и шоу заставляет нас смотреть внутрь себя и задаться вопросом, как бы мы отреагировали в аналогичных тревожных ситуациях. В социальной психологии люди склонны «переоценивать моральный выбор», который они сделают, и «недооценивают влияние групповой динамики и уступчивости», - говорит Камбам. Никто из нас не хочет верить, что мы на стороне хулигана или действуем только в целях самосохранения. Но такие шоу, как «Игра в кальмаров», просят нас переосмыслить самих себя, и «это [одновременно] страшно и захватывающе на подсознательном уровне», - добавляет Камбам.
Ставь лайк, если хочешь, больше таких разборов
Подпишись, чтобы не пропустить новые!
Расскажи в комментариях, свое мнение: насколько жестоки детские игры на самом деле, как бы ты поступил на месте героев? Вернулся бы в игру?