– Моей сестры больше нет, – холодно напомнил Ярчинский, полоснув по мне острым взглядом. – Как только я оформлю опеку, Алёна переедет ко мне и оставит этот город.
Ты (не) моя мама
Пролог.
– Добрый день. Проходите, – раздался ровный спокойный голос, едва я успела подойти к приоткрытой двери кабинета.
Негромко выдохнула, стараясь не поддаваться панике, и шагнула вглубь просторного, выполненного в серо-коричневых тонах, помещения. Напротив письменного стола, развернувшись полубоком ко мне, стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, подтянутый брюнет. Его чуть отросшие больше положенного волосы завивались на кончиках полукольцами, а отпущенная за неделю щетина, наряду с высокими заостренными скулами, придавала его лицу ещё больше мужественности.
– Добрый день, – негромко поздоровалась я.
Взгляд упал на белоснежную папку, лежавшую прямо посередине стола. В тусклом освещении кабинета она отливала белизной и притягивала взгляд. Я знала, что в ней. Как и то, зачем Владислав Ярчинский пригласил меня на личную беседу. Но подписать эти документы я не могла.
– Присядьте, Наталья, – мужской голос звучал всё так же ровно.
В несколько шагов преодолела расстояние до стола и опустилась на выдвинутый для меня стул. Небрежным взмахом руки Ярчинский пододвинул папку к краю стола, поближе к моему месту и проговорил:
– Здесь новые условия по контракту. Ознакомьтесь, пожалуйста.
– Спасибо, этим займётся мой юрист, – вежливо кивнула, зажимая напряжёнными пальцами папку.
– Условия остаются прежними, меняется только состав второстепенных моделей…
– Тогда я не смогу подписать, – тихо, но твёрдо заявила я, перебив уверенную речь мужчины.
На пару мгновений в кабинете повисло неловкое молчание, а затем в воздухе раздался вполне ожидаемый вопрос:
– И какова причина?
– Я согласна работать только с Алёной.
Владислав выпрямился, его глаза моментально сменили свой привычный оттенок с тёмно-зелёного на черно-зелёный.
– Моя племянница больше не может принимать участия в вашем проекте. Через два месяца она переезжает в свой новый дом.
– Да, но ваша сестра…
– Моей сестры больше нет, – холодно напомнил Ярчинский, полоснув по мне острым взглядом. – Как только я оформлю опеку, Алёна переедет ко мне и оставит этот город.