Трудно представить, как это постановление властей о.Хайнань будет выпол: нятся на деле. Ровно за год до этого они же принимали постановление о праве на досмотр всех иностранных кораблей, пересекающих «линию U» в ЮКМ. Однако вскоре Пекин заявил, что это касается только территориальных вод вокруг о. Хайнань. Можно лишь предположить, что новое поколение китайских руково: дителей решило поднять цену для соседних малых и средних государств, которую им придется заплатить в случае их участия в инициируемых США планах страте: гического окружения Китая в важных для него географических зонах. Стратегическое партнерство с Китаем — ключ к миру и региональной стабильности В сложившихся условиях в ЮКМ Россия занимает ответственную позицию активного нейтралитета. При любом повороте событий в Южно:Китайском море для России важно не оказаться меж двух огней и всегда иметь возможность влиять на ситуацию. Этому способствует тот факт, что ее связывают отношения стратегического партнерства как с Китаем, так и с одним из его главных оппо: нентов в споре за суверенитет в ЮКМ — Вьетнамом. На представительной кон: ференции по проблемам безопасности в Мюнхене в январе 2012 г. глава МИД России С. Лавров категорически заявил, что Россия «не будет участвовать ни в каких конструкциях, имеющих целью так называемое «сдерживание» Китая, ко: торый является нашим добрым соседом и стратегическим партнером»10. 288 Стратегическое партнерство — это такая форма организации совместной деятельности государств, которая рассчитана на долгосрочную прогнозируемую перспективу, основана на договорном признании интересов друг друга, уваже: нии и соблюдении таких интересов и направлена на достижение общих или сходных жизненно важных целей. Она пришла на смену хорошо известным в не: давнем прошлом принципам мирного сосуществования государств с различным социальным строем, но не отменила их, а восприняла, развила и дополнила при: менительно к реалиям XXI века. Стратегическое партнерство в корне отличается от военно:блокового сотруд: ничества. Его основные принципы, как представляется, четко сформулировал главный научный сотрудник ИДВ РАН, доктор военных наук профессор А.В. Болятко, который подчеркивает, что суть такого партнерства не в определе: нии общего вероятного противника и планировании совместной военной дея: тельности против него, что характерно для военного союза, а в договоренности партнеров о сотрудничестве для решения общих задач безопасности и развития. Такая договоренность не представляет никакой угрозы для других стран. Она предполагает: • добрососедство и равноправие партнеров; • позитивный, предупредительный подход к решению двусторонних, субре: гиональных, региональных и глобальных проблем, основанный на уваже: нии международного права и законных интересов государств и народов; • координацию, взаимодействие, сотрудничество при проведении внешней политики, политики безопасности, ненанесение ущерба друг другу и ос: тальным партнерам; • абсолютный приоритет политических и иных мирных средств в урегулиро: вании возникающих проблем и конфликтных ситуаций; • взаимное экономическое благоприятствование и взаимную выгоду; • открытость в политике и транспарентность в военной области; • терпимость к проявлениям национальных и этнических особенностей, со: действие межцивилизационным контактам11. Подтверждением такого партнерства и существенным концептуальным вкла: дом в формирование в АТР всеобъемлющей архитектуры безопасности и сотруд: ничества стала выдвинутая в октябре 2010 г. совместная инициатива тогдашнего президента РФ Д.А. Медведева и председателя КНР Ху Цзиньтао. Они призвали страны АТР при осуществлении двустороннего и многостороннего сотрудниче: ства в области безопасности уважать суверенитет, независимость и территори: альную целостность, не вмешиваться во внутренние дела друг друга; подтвердить приверженность принципу равной и неделимой безопасности и оборонительный характер своей военной политики; не применять военную силу и не угрожать ее применением; не предпринимать и не поддерживать любые действия, направ: ленные на свержение правительств или подрыв стабильности других государств; урегулировать взаимные разногласия мирными политико:дипломатическими средствами на основе принципов взаимопонимания и готовности к поиску ком: промисса; укреплять сотрудничество в области противодействия нетрадицион: ным угрозам безопасности; развивать двустороннее и многостороннее сотрудни: чество в военной области, не направленное против третьих стран, чтобы безопас: 289 ность обеспечивалась на началах объединения усилий, а не на блоковой основе, которая всегда оставляет кого:то в стороне и создает зоны с неравным уровнем безопасности. Россия и Китай предложили, таким образом, выстроить в АТР по: лицентричную, внеблоковую архитектуру безопасности и сотрудничества. Эта инициатива, разработанная российской дипломатией к визиту президен: та РФ в КНР, была особенно актуальной в разгар начавшихся осложнений в ЮКМ. Она накладывала на Китай определенные и очень важные морально:по: литические обязательства. Согласие с ним Китая и позитивная реакция со сторо: ны многих других влиятельных стран АТР подтверждали, что предложенные принципы могли стать добротной основой для ослабления напряженности, укре: пления доверия и формирования юридически обязывающего «кодекса поведе: ния» не только в ЮКМ, но и во всем гигантском регионе АТР. К сожалению, дальнейшие события развернулись в другом направлении, и до реализации этой инициативы дело так и не дошло. Но ее продвижение остается в повестке дня России в ЮКМ. Это нашло свое продолжение в Совместном заявлении КНР и РФ «Овзаимо: выгодном сотрудничестве и углублении стратегического партнерства», которое было подписано Президентом В.В. Путиным и Председателем Си Цзиньпином в Москве в 2013 г. В нем, в частности, подчеркивается, что оба государства на осно: ве доверия, взаимной выгоды и сотрудничества выступают за равную и недели: мую, общую и коллективную безопасность во всем мире, разделяют принцип раз: решения больших и малых международных конфликтов мирными средствами. Они решительно выступают против применения силы и угрозы силой, осуждают любые попытки ниспровержения законных правительств суверенных стран. В этом же духе стороны выступили за создание «открытой, прозрачной, равно: правной и всеобъемлющей» архитектуры коллективной безопасности в АТР. По мнению одного из ведущих русистов Китая профессора Фэн Шаолэя, та: кая концепция учитывает сложившиеся здесь международные политические реа: лии, выходит далеко за рамки стремления исключительно к собственной нацио: нальной безопасности и отличается от подходов, связанных с погоней за «балан: сом сил» или копированием парадигмы европейской безопасности12. На прошедшем в Бандар:Сери:Бегаване (Бруней) 10 октября 2013 г. Восточ: ноазиатском саммите эта концепция получила дальнейшее развитие в совмест: ной инициативе России и Китая, предложивших начать консультации по согла: сованию рамочных принципов безопасности в АТР, что получило поддержку всех участников саммита.