Условная (промежуточная) истинность социальной теории определяется ее соответствием интересам и целям (перспектива) активной части общества и лояльным отношением к ним большинства. Этот поверхностный и, казалось бы, вульгарный критерий не настолько далек от чего-то метафизически вечного (традиция), как полагают озабоченные образованием и вкусами интеллектуалы и ревнители нравственных идеалов, желающие запретами и пропагандой переделывать (одухотворять) несмышленое население, вытеснив на задворки публичной сферы как его (населения) сиюминутные нужды, так и собственную («низменную») плотоядность.
В контексте сказанного интересно рассмотреть концепцию Клауса Шваба и Тьерри Маллере о «перезагрузке» доминирующей в (западном) мире экономической (политической и социальной) системы, о капитализме (инклюзивном) «заинтересованных сторон» и «глобальном управлении».
Практическая (этическая) позиция авторов манифеста основывается (по их утверждению) на установлениях (экспериментальных и гипотетических) квантовой физики, то есть подразумевается, что читатель имеет дело не со спонтанным или идеологически мотивированным высказыванием, но с исследованиями, укорененными в науке и философии.
Отсюда – несколько задач. Во-первых, разобраться в «квантовом» взгляде на вселенную и выяснить, сопоставимы ли интуиция и мышление названных авторов, рассуждающих о космическом, историческом и запредельном, как некогда Платон, Аристотель, Декарт, Ньютон, Кант, Гегель, Маркс, Хайдеггер, со знаниями и озарениями их именитых предшественников, что немаловажно для изучения потенциала проповедуемых идей.
Во-вторых, при наложении авторами их постулатов на прошлое, настоящее и будущее отследить, пишут ли они свое сочинение из «блаженной праздности», сочувствуя всему, наполняющему микро и макро уровни (божественного) творения, или что-то личное (корыстное) ими все-таки движет, – ведь даже (не от мира сего) метафизическая полнота, (античный) Логос, при «нисхождении в хаос» преломляется в нечто конкретное, осязаемое и прагматичное – объект (вещь, пусть она и остается «вещью-в-себе»). Повторяя то же самое на языке квантовой физики, при экспериментальном измерении (космогонически – когда идея «сталкивается» с материей) происходит коллапс волновой функции (редукция) – формирование однозначной (локальной) реальности, в которой, возвращаясь снова на язык житейский, не миновать вопроса о том, кому эта однозначность выгодна, – о скрытом, вероятно, от самого автора (наблюдателя) мотиве, клокочущем позади его альтруистических озабоченностей и выводов, и, значит – универсальная (для человечества, отдельной цивилизации или страны) ценность спасительных мер оказывается сомнительной.
В-третьих, памятуя об исторических примерах, когда теоретические (религиозные, гуманитарные, научные) конструкции рассматривались пассионариями и правителями как путеводная звезда и панацея от жизни, где случай, болезни и смерть в каком-то роде и являются зачинателями всего прекрасного в ней, ее глубины и прелести, – исходя из доступного опыта постараться увидеть, к чему Европу и, наверное, США способно привести буквальное следование навстречу инклюзивности, и возможно ли вообще остановить падение с цивилизационной вершины тех, кто, взобравшись на нее по костям конкурентов и брезгуя впредь «грязной работой», лелеет надежду на добровольную (эмоциональную) кастрацию варваров – грядущих победителей.
В-четвертых, – а что Россия? Удивительно, однако восточное (христианство), европейское (марксизм) и американское (абстрактный либерализм) теоретизирование до их онтологического абсурда были доведены именно у нас. И теперь плодотворная идея Хайдеггера, Dasein, у нас реализуется в ее примитивном изводе – как омертвение сословий. Не станет ли для России «инклюзивный капитализм» таким же отложенным во времени онтологическим испытанием?
Впервые опубликовано в Telegram-канале «Новый Век».
Книга «Государство-образующая идея России» на сайте издательства.