Привет! Это канал, посвящённый советской (и не только) анимации. Мы смотрим старые мультфильмы, вспоминаем о людях, которых их сделали, и размышляем, какое место они заняли в истории мирового аниматографа. Присоединяйся!
Память – удивительная штука. После первого просмотра «Лямзи-Тыри-Бонди, злой волшебник» у меня оставалась уверенность, что этот мультфильм кукольный. Это отчасти так, но, на самом деле, «Лямзи-Тыри-Бонди» по большей части использует технику, называющейся перекладкой – этакие плоские марионетки из подвижных частей. Кто смотрел работы Хржановского, Норштейна или хотя бы «Месть кота Леопольда», тот эту технику непременно узнает. Советский аниматограф вообще её очень любил, и традиции перекладочного кино сохраняются даже до сих пор. Правда, в основном в авторских короткометражных работах – телевизионные и стриминговые мультсериалы от неё отказались совершенно.
«Лямзи-Тыри-Бонди» в первую очередь известен своей сложной прокатной судьбой. О ней написано предостаточно: изначально мрачная сказка Петрушевской не проходила по цензорным соображениям, была значительно упрощена и уплощена, но даже в таком виде на экраны не попала, а записывалась в 80-х на VHS. В семидесятые для советской анимации это, увы, была довольно частая практика – и не только в отношении очевидно оппозиционного Хржановского. В этих рассказах как-то упускается из виду, что Марианна Новогрудская, режиссёрка «Лямзи-Тыри-Бонди», не стремилась донести какое-то социальное послание: образ злого волшебника-беспризорника, живущего чуть ли не в канализации, не было попыткой критиковать советское общество и поднять злободневную тему на обсуждение. Это было именно что сказкой про похитителя детей (мало ли таких было?) и про то, как мальчику удалось вырваться из сложного положения и вернуться домой. Мораль – не ходите с незнакомыми дядями неизвестно куда.
Но это был не первый случай, когда Марианна Новогрудская сталкивалась с требованиями перемонтировать мультфильм. Похожая история случилась с её самой первой работой – мультфильмом по мотивам африканских сказок «Паучок Ананси и волшебная палочка». Сценарий к ней был написан совсем другими людьми, и также не подразумевала никакой социальной критики… Но редакторский комитет во главе со Светланой Ждановой увидели в злодее, запрещающем героям музицировать и танцевать, критику руководства телерадиовещания.
Интересно то, как подана эта история. Истории про волшебных похитителей детей существуют уже не одно тысячелетие, и придумать новый образ и мотивацию для подобного персонажа – сложновато. Но Людмиле Петрушевской, сценаристке мультфильма, это сделать удалось – и, как ни странно, цензурные запреты даже сыграли на руку истории. То, что похититель Коли Рогова фактически его ровесник, который просто страдает от одиночества, с одной стороны роднит его с Питером Пэном, с другой – делает его чуть более злым, злонамеренным, опасным – в какой-то степени, довольно невинной даже для советской анимации.
Хотя было бы наивно говорить о том, что характеры персонажей в «Лямзи-Тыри-Бонди» какие-то шибко яркие или интересные. Лямзи-Тыри-Бонди представляет интерес в рамках преемственности образов, но не сам по себе, а Коля Рогов так и вовсе типичный добрый мальчишка анимации семидесятых – не такой самостоятельный, как дядя Фёдор, не такой меланхоличный, как Малыш, да и личности у него никакой, помимо любви к маме, нет. Впечатляет атмосфера истории: она бы отлично подошла для детского городского фэнтези или янг-эдалту – этакий «Никогде», только для советских детей. Путешествие в мыльных пузырях… маленький волшебник из канализации… полёты над городом… Это очень богатые на визуализацию образы, и анимация оттягивается на все сто.
Это редкий пример радикального сочетания мультипликационных техник. Тут и перекладка, и кукольная анимация (то, как стеклянные шарики-«мыльные пузыри» планируют над столом-просветом, можно смотреть часами), и двухмерный традиционный рисунок, и коллажная анимация, фотографический стоп-моушен… Всё это вместе создаёт довольно странную картину, где плоскостные марионетки-мальчишки передвигаются по плоскому фону, а потом оказываются внутри трёхмерного стеклянного шарика и планируют над белым, едва намеченным на бумаге городом… А потом появляется авторка истории, которая заканчивает печатать и обрывает историю…
О, чуть не забыла! Тут же ещё и обрамляющий сюжет есть!
Это, в общем, не вполне сюжет, просто мультфильм вводит персонажа-повествователя… довольно нетрадиционными способами для советской анимации. Или для какой-либо анимации вообще. Дело в том, что в начале появляется сказочница (я не нашла, кто именно снялся в этих фрагментах; в титрах указана Елена Озерцова, но как актриса дубляжа – может быть, она же сыграла «рассказчицу»?), подходит к печатной машинке и буквально создаёт этот мультфильм. Ну то есть она следит за «мыльным пузырём», начинает печатать, а на листе, вместо букв, появляется анимированный кадр из дальнейшей истории, встроенный в лист бумаги. Поразительно самобытные решения для несложного мультика про волшебного мальчишку!
К сожалению, в отличие от многих других мультфильмов, чей прокат был ограничен или прямо запрещён, у «Лямзи-Тыри-Бонди» практически нет фанатской базы. И нельзя сказать, что это совсем уж безосновательно: его история хоть и очень простая, но она слишком «мета», слишком модернистская, и сложно представить ребёнка, который оценит многоуровневую сказку, чей генеральный сюжет прост до полного исчезновения характерности героев. Петрушевская вообще-то пишет прекрасные сказки, но конкретно «Лямзи-Тыри-Бонди» делает ставку на анимационную изобретательность, а не на сценарий; это совершенно не плохо, ни в коем разе, просто это очень не похоже на то, что делал тот же «Союзмультфильм» или другие режиссёры творческого объединения «Экран».
Ну и да, не последнюю роль играет полнейшее игнорирование «Останкино» анимационного наследия страны. По телевизору показывают всего мультфильмов пятьдесят-семьдесят – при том, что реально их сохранились сотни, тысячи даже. Они хранятся в Госфильмофонде, и их оцифровка производится только благодаря частной инициативе отдельных энтузиастов. Не то чтобы «Лямзи-Тыри-Бонди» недоступен в интернете – доступен. Просто в таком качестве, которое, ну прямо скажем, не в состоянии соперничать даже с более популярными советскими мультфильмами, не говоря уже о современных зарубежных аналогах.
Вот так и получается, что мультфильм – замечательный, атмосферный, сказочный – в своё время оказался слишком странным для цензурного комитета, а теперь он сталкивается с банальным незнанием большинства о себе. У Марианны Новогрудской нет пафоса борца с системой, чтобы её работы читались уже в контексте оппозиции к культурным требованиям, диктуемым «сверху». Также «Лямзи-Тыри-Бонди» не стал призёром зарубежных фестивалей, его сценарий не перепечатывался и не использовался для создания книжек-адаптаций или диафильмов…
Так и осталось это маленькое атмосферное чудо малоизвестной историей, замкнутой в самой себе, хрустальным «мыльным пузырём», лишь изредка появляющимся перед случайными людьми и утягивая их за собой…
И было бы здорово, если бы среди этих зрителей оказались бы и дети.
#кино
#мультфильмы
#советские мультфильмы