Я пишу об этом в главе «Кольридж и сложность», в которой пытаюсь показать, что все те феномены хаоса и сложности, которые были обнаружены в современном постмодернизме, на самом деле уже тысячелетиями фигурировали в поэтической традиции. Паттерн – это не монолитная недвижимая структура. Он принимает определенную форму со временем, но у него есть свои границы. С первого взгляда нельзя точно определить эти границы. Но как раз со временем они становятся наиболее отчетливыми. Я хочу сказать, что вместо того, чтобы держать сотрудников в ежовых рукавицах на работе, надо создавать команду, в которой у людей со временем появится понимание феномена странного аттрактора. Странным аттрактором можно назвать паттерн, который со временем обрел свои очертания.
Предположим, у вас есть маячок, и он очерчивает определенный узор. Вы толкаете его немного, и он движется взад-вперед. Спустя две минуты вы снова его подталкиваете. Эти импульсы будут для него странным аттрактором. Если проанализировать вместе команду людей на работе, то параметры их действий будут прямо зависеть от их индивидуальных черт, характеров, от количества их энергии, от их автономии и от параметров самой работы (того, что им надо сделать). Также немаловажную роль играют их созидательные возможности. Вместо того чтобы указывать им на свои обязанности при каждом удобном случае, надо приглядеться к узору их души. Надо сделать так, чтобы каждый сотрудник присмотрелся к этому узору, и тогда они точно определят свои сильные стороны. Всегда есть опасение, что команда на работе не будет слушаться, пойдет по другому пути, который приведет их к краю обрыва. Но если окажется, что все параметры не уступают рабочим требованиям, что между вами легко происходят общение и взаимопонимание, то сами сотрудники сформируют паттерн на этой основе. Это и будет странным аттрактором. Это очень хорошее определение для тех аспектов, которые постоянно улавливаются лишь на интуитивном уровне. У нас нет отдельных названий для таких вещей. Названия дала современная наука.