Стэнфордский тюремный эксперимент, созданный в интересах психологии и науки, превратил обычных людей в монстров.
В октябре 2004 года старший сержант армии США Иван "Чип" Фредерик был одним из обвиняемых в нашумевшем скандале с пытками, который разразился в марте того года в иракской тюрьме Абу-Грейб, и на военном трибунале были оглашены подробности издевательств над заключенными, лишения их сна и других унижений.
Одним из свидетелей, которых Фредерик вызвал для своей защиты - и, возможно, одной из причин того, что он получил всего восемь лет за свои преступления - был психолог из Стэнфорда Филипп Зимбардо, который утверждал, что действия Фредерика не обязательно отражали его характер, а были реакцией на обстановку, которую высшее руководство позволило создать в Абу-Грейб.
Зимбардо объяснил, что при благоприятном стечении обстоятельств почти любого человека можно побудить сделать некоторые из тех вещей, в которых обвиняли Фредерика: избивать обнаженных заключенных, осквернять их предметы культа и заставлять их совершать различные непристойные действия.
Зимбардо утверждал, что действия Фредерика были предсказуемым результатом его задания, а не единичными действиями "паршивой овцы", что было подходом в армии в части перекладывания вины на определенных людей.
На суде военного трибунала Зимбардо мог говорить с определенным знанием дела о жестоком обращении с заключенными, поскольку сам когда-то принимал в нем участие.
В течение шести дней, с 14 по 20 августа 1971 года, он был "надзирателем" макета тюрьмы в подвале Джордан-холла Стэнфордского университета.
В попытке лучше понять, что движет взаимодействием заключенных и их охранников - финансируемой грантом ВМС и морской пехоты США - Зимбардо разработал психологический эксперимент, в котором двум десяткам нормальных молодых людей случайным образом отводилась роль либо заключенного, либо охранника, что должно было стать двухнедельной ролевой игрой.
Под наблюдением Зимбардо Стэнфордский тюремный эксперимент превратился в борьбу между страдающими заключенными и манипулятивными, садистскими охранниками, которые наслаждались их пытками.
Результаты были записаны и широко распространены, сделав Зимбардо знаменитым в своей профессии и показав нечто очень тревожное о том, как мало иногда требуется, чтобы превратить людей в монстров.
Как начался Стэнфордский тюремный эксперимент
За десять лет до Стэнфордского тюремного эксперимента, в 1961 году, психолог из Йельского университета Стэнли Милгрэм провел эксперимент по проверке готовности некоторых людей бить током незнакомых людей.
Эксперимент Милгрэма, как его стали называть, показал, что очень легко уговорить некоторых молодых людей ударить другого человека током до смерти (что, как им внушили, они и сделали, хотя на самом деле никто из испытуемых не пострадал).
Этот эксперимент указал путь для дальнейших исследований ситуационного поведения и предпосылки, что мы настолько хороши или плохи, насколько нам позволяет наше окружение. Филипп Зимбардо не присутствовал на эксперименте Милгрэма, но он был студентом-психологом в Йельском университете до 1960 года, и к 1971 году он был готов сделать еще один шаг вперед в работе Милгрэма в Стэнфорде.
Именно тогда Управление военно-морских исследований США поручило ему изучить психологию заключения и власти в отношениях между охранниками и заключенными. Зимбардо принял грант и сразу же приступил к работе над Стэнфордским тюремным экспериментом.
Местом проведения эксперимента был выбран подвал Джордан-холла в кампусе Стэнфорда. Там Зимбардо оборудовал четыре "тюремные камеры" с помощью внутренних перегородок, а также "кабинет начальника тюрьмы" и различные места общего пользования, которые охранники могли использовать для отдыха. В камере также был небольшой чулан для метел, который будет иметь значение в дальнейшем.
Зимбардо набрал испытуемых для своего теста, разместив объявление в газете Stanford Daily с просьбой найти "студентов мужского пола", которые должны были "принять участие в психологическом исследовании тюремной жизни". Объявление обещало вознаграждение в размере 15 долларов в день (эквивалентно примерно 97 долларам сегодня).
Когда его подопытные подавали заявки на участие в эксперименте, Зимбардо тщательно отбирал их, чтобы отсеять потенциально "плохих" людей. Всем, у кого была судимость, пусть даже незначительная, было отказано в участии, как и кандидатам с историей психологических отклонений и поведенческих проблем.
В итоге у Зимбардо осталось 24 здоровых мужчины студенческого возраста, у которых не было обнаружено склонности к насилию или другим негативным формам поведения. Незадолго до начала эксперимента в Стэнфордской тюрьме испытуемых случайным образом распределили либо в группу заключенных, либо в группу охранников.
Накануне эксперимента Зимбардо провел ознакомительное собрание для 12 охранников. Он дал им четкие инструкции относительно их обязанностей и ограничений: Охранники будут разделены на три восьмичасовые смены, чтобы обеспечить круглосуточный надзор за заключенными.
Им выдали форму военного образца, зеркальные солнцезащитные очки и деревянные дубинки как символ власти. Охранникам запретили бить заключенных или применять к ним физическое насилие, хотя им сказали, что они будут иметь широкую свободу действий в обращении с 12 заключенными, находящимися под их наблюдением.
На следующий день сотрудники полицейского управления Пало-Альто прибыли в дома указанных заключенных и взяли их под стражу. 12 человек были помещены в окружную тюрьму, где их обыскали, сняли отпечатки пальцев и сделали фотороботы.
После этого их перевезли в кампус Стэнфорда и провели в подвал, где их ждали охранники. Заключенным выдали плохо сидящие халаты и велели надеть большие шапки-чулки. У каждого на лодыжке была надета короткая цепь, чтобы подчеркнуть их статус заключенных. Их распределили по трое в камеру и прочитали лекцию о правилах.
Для того чтобы заключенные чувствовали себя в подчинении у охранников, было продумано все, включая большие номера, пришитые к их халатам; охранникам было велено обращаться к заключенным только по этим номерам, не позволяя им называть себя по имени.
К концу первого дня Стэнфордского тюремного эксперимента обе стороны полностью усвоили правила и начали вести себя по отношению друг к другу так, как будто их экстремальная динамика власти существовала всегда.
Восстание и бунт
Хотя обе стороны усвоили свои роли, а некоторые заключенные, казалось, раздражались от скуки и произвола команд охранников, первый день Стэнфордского тюремного эксперимента прошел более или менее спокойно.
Иногда заключенных выводили из камер и обыскивали, хотя в самом начале эксперимента у них не могло быть контрабанды. Охранники, как правило, были грубы и снисходительны. Они часто требовали, чтобы заключенные повторяли свои номера, чтобы подчеркнуть их низкий статус. Поручались мизерные задания, налагались наказания, например, приказывали длительное время находиться в напряженной позе.
К той первой ночи охранники решили наказывать менее послушных заключенных, забирая у них матрасы и заставляя спать на холодном полу. Они также нарушали сон заключенных, шумя в общей зоне, которая находилась рядом с камерами.
К полудню второго дня заключенный № 8612 начал проявлять признаки срыва. Он начал кричать и бушевать, и Зимбардо пришлось вмешаться, чтобы контролировать ситуацию. Заключенный отказывался успокоиться, поэтому было принято решение освободить его из исследования ради его же блага.
Это было сделано в форме "слушания об условно-досрочном освобождении", сопровождавшегося длительным пребыванием в чулане для метел, который выполнял функции одиночной камеры. Процесс освобождения должен был быть долгим и трудным, чтобы укрепить впечатление, что тюрьма - это всесильное учреждение, где заключенные беспомощны.
Имейте в виду, что все это было добровольным мероприятием, и что - в принципе, по крайней мере, - каждый был волен идти, когда захочет.
Пока заключенного №8612 выводили, остальные 11 заключенных вовсю пытались устроить беспорядки. Произвольное и жестокое обращение со стороны охранников уже спровоцировало заключенных на отказ подчиняться приказам или покидать свои камеры. Они отказывались называть свои номера, когда их вызывали.
Заключенные в одной из камер забаррикадировались, подперев дверь матрасом. К вечеру ситуация ухудшилась настолько, что некоторые охранники, которые могли уйти домой после смены, вызвались остаться сверхурочно и подавить бунт.
После того, как клинический персонал, наблюдавший за экспериментом, ушел домой, оставшиеся на дежурстве охранники били заключенных струей из огнетушителя и переводили их в другие камеры, чтобы увеличить скученность. Пустая камера была зарезервирована для "хороших" заключенных, которые не участвовали в восстании. Предполагаемых зачинщиков, напротив, закрывали в одиночных камерах на несколько часов.
Заключенным в обычных камерах отказывали в посещении туалета, вместо этого им выдавали ведра, в которые они могли облегчиться. Затем ведра оставляли в камере на всю ночь. На следующий день охранники заставляли заключенных часами стоять в напряженных позах без одежды.
Слишком опасно продолжать
К третьему дню Стэнфордского тюремного эксперимента ситуация начала выходить из-под контроля. По словам Зимбардо, примерно у трети охранников спонтанно появились признаки настоящего садизма, они постоянно изобретали новые формы наказания и подбадривали других охранников, когда те применяли эти наказания к беспомощным заключенным.
И охранники, и заключенные, которые, напомним, получили свои роли в случайном порядке всего за несколько дней до этого, начали отождествлять свою сторону и действовать коллективно. Через несколько дней большинство заключенных объединились в голодовку в знак протеста против условий содержания, а охранники бесплатно брали дополнительные смены и становились все более параноидальными.
Когда прошел слух, что заключенный №8612 вернется с небольшой армией сторонников, чтобы устроить побег из тюрьмы, не кто иной, как Зимбардо, приказал разобрать подвальную тюрьму и переместиться наверх, а сам остался в подвале ждать нападающих. Позже он сказал, что его план, если бы этот человек действительно появился, состоял в том, чтобы сказать ему, что эксперимент прекращен, и отправить его домой.
К этому моменту Зимбардо полностью погрузился в эксперимент. Как он позже признался, ему никогда не удавалось сохранять объективность в роли тюремного администратора, поэтому он увяз в фантастическом мире, который он создал для своих подопытных. Зимбардо обнаружил, что ему становится нездорово интересно, куда движется эксперимент и что нового принесет каждый день.
На четвертый день, когда некоторые заключенные стали склоняться к самоубийству и, очевидно, потеряли связь с реальностью, Зимбардо счел ситуацию достаточно интересной, чтобы пригласить свою девушку - аспирантку по психологии - посмотреть, что происходит. Эта женщина, 26-летняя Кристина Маслак, была потрясена тем, что она увидела, и сказала об этом.
«Я сказала Филипу: “То, что вы делаете с этими ребятами — это ужасно и бесчеловечно!”. Я была очень напугана, потому что знала его как доброго и отзывчивого человека, готового в любую минуту прийти на помощь своим студентам. Именно он больше всего нуждался в том, чтобы его как можно быстрее расколдовали.
Мне все же удалось доказать ему, что исследование должно быть окончено», — Кристина Маслак.
В прошлом всякий раз, когда извне приводили нового человека - например, заключенного № 416, который заменил № 8612, - он проходил через период адаптации.
Но из-за возражений № 416 против такого обращения его заперли в одиночке, где охранники мучили его, попеременно колотя в дверь руками. К тому времени, когда он вышел из одиночной камеры, заключенный № 416 был достаточно сломлен, чтобы принять рутину тюремной жизни как норму.
Маслак, с другой стороны, не могла быть заперта или сломлена таким образом, и ее свежий взгляд на происходящее потряс Филиппа, заставив посмотреть на свой кошмар ее глазами. Таким образом, на шестой день Стэнфордского тюремного эксперимента доктор Зимбардо объявил о его прекращении - к ужасу своих охранников, которым очень понравилась власть, которой они злоупотребляли всю неделю.
После этого все еще были настолько невменяемы, что потребовался целый день, чтобы "досрочно освободить" оставшихся заключенных, хотя - опять же - эксперимент закончился, им больше не платили, и они могли просто уйти.
Наследие Стэнфордского тюремного эксперимента
Стэнфордский тюремный эксперимент мгновенно стал классикой человеческой психологии и динамики власти. Возможно, самые ошеломляющие выводы заключались в том, что люди, принявшие участие в исследовании, почти мгновенно усвоили свои роли настолько полно, что, казалось, забыли о том, что у них вообще есть жизнь за пределами тюрьмы.
«У меня было такое ощущение, будто я теряю свою индивидуальность. Как будто человек по имени Клэй, заставивший меня стать одним из участников эксперимента, куда-то исчезает. Он отдалился настолько, что я действительно стал своим номером — номером 416.
Я не расцениваю происходящее в Стэнфордском подвале как эксперимент. Это была настоящая тюрьма, которой управляли психологи, а не местные власти» - заключенный Клэй.
Охранники действовали с исключительной жестокостью, как будто им никогда не придется отвечать за свои действия, а заключенные мирились с ужасающими нарушениями своих прав человека, по большей части не требуя, чтобы их отпустили.
«Я понял, что в некоторых ситуациях могу совершать поступки, за которые мне будет стыдно. Увидев фотографии издевательств и пыток над заключенными в Абу-Грейб, я сразу же увидел поразительное сходство с тем, что происходило в Стэнфордской тюрьме.
Я делал ужасные вещи. Если бы у меня был шанс еще раз побывать в шкуре тюремного надзирателя, я бы никогда им не воспользовался». - Надзиратель Эшлеман.
Возможно, еще более тревожным является тот факт, что многие исследователи и аспиранты проходили через подвал во время Стэнфордского тюремного эксперимента, наблюдали условия содержания мужчин и ничего не говорили об этом. Позже Зимбардо подсчитал, что, возможно, 50 человек видели, что происходит в его подвальной тюрьме, и его подруга была единственной, кто возражал.
Выводы Зимбардо сразу же обрели актуальность, когда всего через две недели после окончания Стэнфордского эксперимента заключенные в печально известных тюрьмах Сан-Квентин и Аттика подняли жестокие восстания, поразительно похожие на то, что произошло на второй день эксперимента в Стэнфорде.
Зимбардо вызвали для дачи показаний перед судебным комитетом Палаты представителей по поводу условий содержания в тюрьмах и их влияния на поведение человека. Зимбардо всегда утверждал, что внешние условия, а не личность человека, определяют то, как люди реагируют на стресс.
Отчасти благодаря исследованиям Зимбардо в США было принято решение разделить несовершеннолетних и взрослых преступников, а также ввести более строгий контроль и защиту для заключенных, которые, например, захотят подать иск об оспаривании условий содержания.
Однако Стэнфордский тюремный эксперимент, как и более ранний эксперимент Милгрэма, имел последствия, выходящие далеко за рамки управления тюрьмами.
В обоих экспериментах внешне нормальных, здоровых людей побуждали - практически без принуждения и лишь с небольшим поощрением - совершать ужасные преступления против других людей в своей группе. В обоих случаях решения, принятые людьми, были бы немыслимы, если бы они действовали самостоятельно, и наводят на мысль, что реакции могут быть обусловлены местной средой, в которой принимаются решения.
Это бросает мрачный свет на различия, которые общество проводит между преступниками и законопослушными гражданами, а также предполагает некоторые возможности в отношении лиц, совершивших величайшие преступления человечества.
Например, члены нацистских эскадронов смерти утверждали, что они не имели никакого личного зла, а лишь выполняли приказ; если бы им приказали сделать что-то другое, кроме расстрела тысяч мирных жителей, они бы сделали это.
Послевоенные суды над этими людьми не приняли это утверждение в качестве защиты, но исследования Зимбардо показывают, что это могло быть отличным оправданием; хуже того, это может быть оправданием, которое использует любой нормальный человек, когда какой-нибудь диктатор или другой автократ выдает ему хаки и очки, дает дубинку и приказывает контролировать заключенных в своих камерах - как это, похоже, произошло в Абу-Грейб в 2004 году и, вероятно, во многих других местах, которые не попадают и вряд ли попадут в новостную ленту.
После этого взгляда на Стэнфордский тюремный эксперимент предлагаю Вам почитать на просторах всемирной паутины о самых злобных научных экспериментах, которые когда-либо проводились. А затем поинтересуйтесь, какой вклад в медицинскую науку внесли некоторые из самых жестоких нацистских исследований и экспериментов.
Благодарю Вас за внимание и до новых встреч!
Если Вам понравилась статья, делитесь, комментируйте и ставьте лайк, это помогает каналу.
Предлагаю Вам прочитать другие статьи канала, Вы узнаете много интересного.
Не забывайте подписываться на канал - так вы не пропустите выход нового материала. Спасибо за то что читайте публикацию.
С Уважением.