Многие считают, что в органах ГАИ (ГИБДД), несмотря на смену вывески, мало что меняется. В смысле – как «брали», так и «берут». Как в СССР, так и после его распада. И это при том, что массовые аресты и суды над сотрудниками автоинспекций происходили и происходят с завидным постоянством. Недавнее задержание начальника Управления ГИБДД по Ставропольскому краю Алексея Сафонова вновь всколыхнуло эту тему.
Наш рассказ – об одном из первых громких дел, расследованных сразу после войны. Правда, громким это дело мы можем назвать лишь сегодня. Да и то, с большой натяжкой…
Итак, День ГАИ (ГИБДД) мы отмечаем 3 июля. Именно в этот день, в 1936 году, Совнарком утвердил Положение о Государственной автомобильной инспекции.
Постепенно, с ростом числа автомобилей, профессия гаишника стала превращаться не только в престижную, но и в одну из самых "хлебных" профессий.
Количество автомашин резко возросло после войны. Выросло и число различных нарушений правил дорожного движения. Появились «пробки» на дорогах. Но основной источник левых доходов у сотрудников ГАИ тогда был иной. У многих владельцев автомобилей имелись проблемы с документами на эти машины. Эти проблемы часто возникали при регистрации.
Причем, автомашины без документов порой регистрировались на удивление быстро. В то же время, в автоинспекции нередко подолгу задерживалась регистрация машин, которые были приобретены законно и на них имелись необходимые документы.
Все началось с анонимного письма, направленного вскоре после Победы в Комитет партийного контроля при ЦК партии.
Сотрудник КПК, контролер Алексеева в декабре 1946 года представила секретарю ЦК ВКП(б) Алексею Кузнецову доклад по результатам проведенного партийного расследования в Госавтоинспекции Московской области:
«Проверкой установлены безобразные факты в автоинспекции... Всеми делами распоряжался нач. инспекции Максимов, который создал там такое положение, что правильно поставленного учета и регистрации автомашин не было, сам он совершал злоупотребления, а чтобы приблизить к себе подчиненных, давал им в пользование машины, отобранные у учреждений и частных лиц…
В работе Госавтоинспекции Управления милиции по Московской области установлены большие непорядки в постановке регистрации государственного автотранспорта, …незаконно ставились на учет автомашины учреждений и частных лиц на основании непроверенных документов, а зачастую и без документов, что создает благоприятные условия для оформления незаконно приобретенных автомашин».
Далее в докладе приводились конкретные примеры.
В августе 1945 года старшим госавтоинспектором по г. Орехово-Зуево Коротковым незаконно была поставлена на учет автомашина подполковника М.Е. Черняка марки "Мерседес-Бенц", на которую у того не было никаких документов. Подполковник утверждал, что купил эту машину у одного немца.
Коротков подделал подпись начальника ГАИ Максимова и поставил автомашину на учет.
Инженер-капитан Ю.М. Минкин в апреле 1945 г. купил на базе Главного автомобильного управления под видом «автодеталей» машину "Оппель", которую через месяц оформил в Госавтоинспекции Московской области как собственную. Еще через месяц Минкин решил зарегистрировать таким же образом автомобиль "Мерседес-Бенц", на который не было никаких документов.
По указанию Максимова инспектор Журавлев на техническом паспорте, выданном ранее на автомашину "Оппель", вместо последней вписал марку "Мерседес-Бенц" и исправление заверил.
«В результате этого подлога, - отмечалось в докладе, - неизвестно откуда взятая машина была узаконена Максимовым в личную собственность Минкина, а куда девалась первая автомашина "Оппель" - неизвестно. С этим жуликом Минкиным работники ГАИ поддерживали тесную связь: для Максимова он организовал ремонт его машины "М-1" за счет средств 1-го Украинского фронта; доставил в ГАИ неизвестно кому принадлежащую машину "Мерседес-Бенц", которой пользовались Максимов и Калачев».
Максимов иногда дарил бесхозные и изъятые у прежних владельцев автомобили нужным людям. Так, он сделал шикарный подарок профессору Трутневу, у которого в свое время лечился. Сам разъезжал по области на незарегистрированной машине "Оппель-Олимпия".
Шла в докладе речь и о поборах на дорогах:
"На основных автомагистралях области имеются автоинспекторы, которые, пользуясь бесконтрольностью, допускали злоупотребления, брали взятки. Руководители автоинспекции этих злоупотреблений не вскрыли, и они были установлены только Министерством внутренних дел СССР; в июле 1946 г. приказом Министра внутренних дел т. Круглова за обнаруженные беспорядки Максимову был объявлен выговор, лица, допустившие злоупотребления, были отстранены от работы, а автоинспекторам было запрещено взимать непосредственно на шоссе с водителей денежные штрафы".
В докладе прямо использовано слово «кормиться» для описания действий гаишников на автодорогах. После того как МВД издало директиву, запрещавшую инспекторам взимать на дорогах штрафы наличными, гаишники стали отбирать «у нарушителей права до уплаты наложенного штрафа, что дает водителям другой стимул к предложению взяток, а инспекторам – другой способ «кормиться» за счет владельцев автомобилей».
Расследованием был выявлен не только этот – низовой – уровень «кормления». За этим следовали регулярные подношения начальству. Если подчиненные хотели сохранить работу, им следовало одаривать Максимова. Что они и делали. Например, главный инспектор Ленинского района 2 раза в неделю обеспечивал его овощами и ягодами; инспектор Дугин снабжал молоком, инспектор Волченков привозил начальнику домой картошку и другие овощи. Максимову также вручили радиоприемник, билеты в театр, а один инспектор несколько дней делал в его квартире ремонт…
Между тем, до арестов (а тем более - до суда), дело так и не дошло. Максимов и несколько его подчиненных были сняты с должностей, а коммунисты, кроме того, каковым числился и начальник ГАИ Максимов - исключены из партии.
ПОСТСКРИПТУМ. До арестов дело дошло только через десятилетие, когда в Москве в 1958 году была арестована большая группа сотрудников ГАИ и преподавателей автошкол, торговавших водительскими удостоверениями. На этот раз было привлечено к суду более 20 человек.