В Петербурге районный суд распорядился закрасить граффити с Хармсом на улице Маяковского. Вроде все признают: граффити – хорошее, Хармс – вообще замечательный, но никак не получается у чиновников рисунок сохранить.
Убрать десятиметровое граффити с дома, где 15 лет жил Даниил Хармс, требовала в суде администрация Центрального района. Требовала – и победила. Упорная администрация – если что решила, сделает обязательно.
Хотя даже Беглов официально отвечал на запрос депутата Вишневскому, что есть возможность у районной администрации заключить мировое соглашение и выйти из процесса. Но не заключила эта администрация никакого соглашения и от иска не отказалась.
Конечно, сейчас будут говорить, что законодательство у нас такое, согласований не хватает, поэтому ничего сделать нельзя – сами плачем.
Что тут удивительно – вроде бы все люди из приличных семей. Максим Мейксин (глава Центрального района, которого только что повысили до политического вице- губернатора) – племянник большего интеллигента Михаила Маневича, застреленного в 1997-м.
А Борис Пиотровский, культурный вице-губернатор, – вообще сын директора Эрмитажа. И папа вице-губернатора (Михаил Пиотровский) заступался за граффити, говорил, что не надо Хармса трогать, потому что стрит-арт — «замечательная часть мирового искусства». То есть, может, Пиотровский-старший так только на публику говорит, а дома сыну: не лезь, вопрос острый, можешь карьеру испортить. Но это все-таки вряд ли.
Так что люди с полномочиями у нас культурные, но Хармсу это никак не помогает. Что удивительно.
Сергей Балуев