Как только единственными союзниками Российской Империи в целом мире остаются её собственные армия и флот, дальнейший ход событий предрешён. И тут уж не помогают ни огромные территории государства, ни численность населения, ни героизм каких-либо родов войск. Потому что Османская империя, например, не имела причин жаловаться на доблесть своих солдат: достаточно вспомнить разгром британцев на пятачке в Галлиполи, стоивший самой сильной армии тогдашнего мира четверть миллиона убитыми, или осаду Кута в Месопотамии. Но ни армия, ни флот не помешали османскому морскому министру через ещё пару лет подписать добровольные сдачи Проливов и прочие уступки, вскоре послужившие юридическим основанием для окончательной ликвидации 700-летней империи. Потому что у Османской империи не было в ту пору союзников, кроме её армии и флота. А дальше у них начались реформы того же цивилизационного вектора, что и в России: встраивание в современную Европу.
Запись в блоге 7 сентября 2014 г.
Свой интернет-псевдоним «долб…б» Носик оправдал полностью, ухитрившись соврать почти в каждом предложении. Александр III действительно говорил: «Во всем свете у нас только два верных союзника — наша армия и флот. Все остальные, при первой возможности, сами ополчатся против нас», и его правление под этим негласным девизом прошло мирно и стабильно. Однако за несколько месяцев до смерти, 8 января 1894 года он ратифицировал франко-русскую военную конвенцию, которая способствовала втягиванию России в Первую мировую войну. И хотя союзниками Петербурга стали не только Франция, но и Британская империя, Бельгия, Сербия, Черногория, Япония и позже Италия с Румынией закончилось всё революцией и распадом державы.
Османская империя тоже воевала не в одиночку, а в союзе с Германией, Австро-Венгрией и Болгарией. Однако могущественные партнёры не спасли турок от краха после разгрома армии в Месопотамии и на Ближнем Востоке, а ранее — тяжелейших поражений на Кавказе. А вот британо-французский десант, высадившийся 25 апреля 1915 года на полуострове Галлиполи с целью захвата Дарданелльского пролива, потерпел поражение, но разгромлен не был. После длившихся 8,5 месяцев тяжёлых боёв союзники эвакуировались в полном порядке, причём их потери оказались даже меньше, чем у турок. Жуликоватый Носик просто объявил убитыми всех раненных и заболевших и таким образом увеличил их количество вчетверо. Ну и заодно приврал, назвав британскую армию сильнейшей в мире. Не уступая по вооружению французской и германской, она была заметно меньше их по численности (в конце 1915 года соответственно 79, 98 и 159 пехотных дивизий).
В каждом сражении, выигранном турками, роль германских союзников была чрезвычайно велика: от вооружения турецкой армии до направления в неё советников. Войсками, которые отразили атаку англо-индийских частей на Багдад и вынудили их капитулировать в Эль-Куте, командовал немецкий генерал Кольмар фон дер Гольц. Обороной Дарданелл руководил тоже немецкий генерал Лиман фон Зандерс. Из 6 союзных броненосцев, погибших в ходе операции, 3 на счету немцев. Капитан-лейтенант Рудольф Фирле на построенном в Германии эсминце «Муавенет» 13 мая 1915 года потопил «Голиаф», а капитан-лейтенант Отто Херзинг на подлодке U-21 отправил на дно 25 мая «Трайэмф» и 27-го «Маджестик».
Встраивание Турции в современную Европу бурно пошло не после поражения в Первой мировой войне, а до неё, в 1908 году. Процессом рулили свергнувшие султана Абдул-Хамида II европейски образованные военные, известные как младотурки. За десять лет они проиграли три войны: с Италией в 1911–1912 гг., с Болгарией, Грецией, Сербией и Черногорией в 1912–1913 гг. и, наконец, Первую мировую, после чего с позором бежали из страны.