Что-то щекотало шею, я отмахнулась рукой и перевернулась на другой бок. Теперь щекотно было щеке, опять провела тыльной стороной ладони и уткнулась в подушку. И только тогда услышала тихий смех. Ах, вот как! Резко села в постели и откинула одеяло.
- Богиня!
- Мне лестно, но не чересчур? – поинтересовалась я, опуская глаза на себя.
- Да что ты! – сделал неопределённый витиеватый жест в воздухе. - Самое то.
- Я проспала?
- Что именно? – опять притяжение его меняющихся глаз.
- Ну, не знаю… зарядку, завтрак или уже обед. Вы меня тут как в санатории обихаживаете с мамой, не будите, ничего делать не даёте.
- Всего то? Это дело поправимое. Вставай, время девять. Мама на работе, так что иди завтрак готовь. А я… - Василий оглянулся. - О, новости почитаю, в интернете.
- Ишь ты! – я встала с кровати. - Сразу же увиливать?
- Машка, ты такая красивая, обалдеть можно, - он оглядывал меня с головы до ног, даже неудобно стало.
- Опять увиливает, - проворчала я, оглядываясь в поисках одежды. – А где мои вещи?
- Просто ты классная, - подскочил и обнял, уставился мне в глаза. - Очень.
- Дай мне одежду, – попросила я жалобно.
- Не дашь полюбоваться? – прищурил глаза.
- Не дам. Вечером полюбуешься. И я есть хочу, - закончила на воинственной ноте. Он рассмеялся.
- Последний довод убийственный, - покивал он.
Достал из шкафа мою футболку с шортами и бельё. Спустя пятнадцать минут, завтрак был мною приготовлен.
- А ты-то где был опять? – спросила его, уминая омлет.
- Пробежка. Зарядка.
- Молодец. А я вот у тебя ничего не делаю. Дома-то у меня целый ритуал. Разминка там… - помахала я неопределённо кистью в воздухе.
- Начинай. Какие проблемы, - потом несколько замявшись, спросил. - Маш, а как ты смотришь на факт совместного проживания на твоей территории?
Я удивлённо на него воззрилась:
- Что за дурацкий вопрос, Вась? Конечно, да.
- Угу. Тогда мне нужно кое-что перевезти к тебе, - с некоторым сомнением произнёс он.
- Надеюсь не пианино? – ухмыльнулась я.
- Нет, - усмехнулся. - Несколько кило гантелей. Могу саксофон захватить.
- Что?! – я даже замерла над чашкой кофе. - Нет, про гантели ладно. А саксофон-то откуда нарисовался?
- Играю я на нём, - скромно так ответил.
- Вась, ты шутишь что ли? – ошарашенно смотрела на него.
- Нет. Отучился в музыкалке шесть лет, - честные глаза такие.
- Нет, и молчал! А ещё что? – установила я локти на стол и нагнулась к нему.
- Не ты же одна волейболом с лыжами занималась. А я вот лёгкой атлетикой. Бег.
- Это тоже ты от меня скрывал? – сдвинув брови, буркнула я.
- Ты не спрашивала, - ответил тут же.
- Ну, ладно. Сыграешь хоть? А то всё закрывается, не говорит. Диверсант какой-то, - всё бухтела я. Василий наблюдал за мной, скрывая усмешку.
- Хочешь прикол? – вдруг спросил он.
- Давай, - разрешила я.
- Когда в колонии узнали, что я играю, тут же подобралась небольшая группа. Так что мы там не прохлаждались, концерты давали и даже начальству. Потом появился у нас новичок. Его спрашивают, мол, умеешь на чём-нибудь? Сначала он не понял, мы перечисляем: вот этот на гитаре, тот на ударнике, а я на саксофоне. Он не понял, фыркнул и говорит, что я нормальный и такого извращения не знаю.
- Да уж. Недалёкий товарищ, - усмехнулась я. - А разве можно? Ну, так вот группу?
- Почему нет, - пожал Вася плечами. - Ты всё забываешь, какая задача у таких учреждений.
- Перевоспитать, - кивнув, ответила я.
- Вот, вот. Так что было бы на пользу. Чтение, учёба, некоторые заочно учатся, если институт идёт навстречу. Опять же можно другую специальность освоить. У нас даже спортивные соревнования были.
- Ты так говоришь… словно там мёд ложками можно есть, - недоверчиво произнесла я.
- Машунь. Нет, конечно. Но при желании, если есть цель, не пайку чью-то свистнуть, а всё-таки чему-то научиться, то это возможно, - он встал и собрал посуду со стола.
- А здесь, сейчас? Ты предполагаешь двигаться дальше? По карьере?
- Да. Ты задала мне эту планку, - серьёзно ответил Василий.
- Почему я? – изумлённо посмотрела на него.
- Маша, - он поставил стул, развернув спинкой ко мне, оседлал его, сложил руки, опустив на них подбородок. - Если откровенно, до встречи с тобой, я плыл по течению, аки бревно. Пришёл, месяца три из дома не вылезал, совсем. Сидел в комнате, шарил по инету, просто от балды. Несколько раз напивался. Напугал этим мать, понял, что это не выход. Плюс она меня ещё основательно пилила по поводу курева, мне нельзя курить. С детства легкие не очень, оттого и саксофон и лёгкая атлетика. Надо было развивать дыхалку. Потом с помощью интернета нашёл работу одну, вторую. С этим не очень складывалось. Затем нашёл вот это место. Не знаю, чем я приглянулся Сергею Михайловичу, но он меня взял, что называется с руками и ногами. Да и сейчас основательно поддерживает. А потом вот, плёлся домой и увидел - дубль два. Опять мужик пристаёт к девушке. Я тебе говорил, мимо этого пройти не могу. Так что ты для меня стала поворотным моментом, заставила взглянуть со стороны на то, что же я вообще делаю и куда сползаю.
Василий замолчал и смотрел на меня, не отрывая подбородка от рук.
- Неужели, только то, что ты мне помог? – озадаченно спросила его.
- И это тоже. И ты сама, в первую очередь. А ещё когда спросила моё имя, - он улыбнулся. - Мне было приятно.
- Только сбежал ты после этого, - укоризненно произнесла я.
- Потому и сбежал, начни ты меня расспрашивать, неизвестно чем бы кончилось, не готов был к такому повороту событий. Но для себя решение принял.
- Долго же ты думал, - нахмурила я брови.
- Считаешь? – склонил голову набок и уставился своим зелёно-голубым взглядом. – Ну, может ты и права. Но и напоминала о себе. Встречал тебя у метро несколько раз.
- И не подошёл? – прищурилась на него и покачала головой, заговорив с обвинением. - Точно долго.
- Ну… - хмыкнул он и с насмешливостью поддел. - Зато ты меня поторопила, своим мощным наездом.
- Ой, ну… Вась… я же не специально. Ты так и не признался, может, тоже чего тогда повредил? – смущённо выговорила я.
- Пару синяков не больше. Даже приятно было. От такой… - усмехнулся он. - Дамочки получить подарок.
- Вась! – чуть не крикнула я.
Он рассмеялся.