"Не торопись. Подумай. Эти женщины не боялись старика!"

"Не торопись. Подумай. Эти женщины не боялись старика!" — неожиданно раздалось в моей голове. Я вздрогнул. Это были не мои "внутренние голоса", не глупый спор с самим с собой, это был голос Вальдера. Архимага Вальдера, умершего несколько веков назад и нашедшего приют в моей гостеприимной башке, которая впускает всех кого не лень. "Ты считаешь?" — испуганно подумал я. "Да, Гаррет, да. Этот старик напугал тебя?" "Напугал?! Ты еще спрашиваешь?!" "И меня. Меня тоже напугал, пускай я видел «это» совершенно другим зрением. А голоса у женщин во время разговора… Их голоса даже не дрогнули! Так стоит ли нам… — шепот Вальдера в голове на мгновение осекся. — Стоит ли тебе лезть в логово паучих?" "Куда я… мы попали, Вальдер?" "Не знаю. Не могу вспомнить. — В первый раз на моей памяти Вальдер чего-то не знал. — Мы просто очутились здесь, и все… Как будто нас сюда кто-то забросил…" Просто очутились? То есть кто-то добренький щелкнул пальцами, и я бац, оказался в тюрьме?! Я мысленно пожелал этому ретивому щелкуну распрощаться не только с пальцами, но и с рукой. Чтобы знал, как посылать неизвестно куда порядочных людей! "Что же мне делать?" — на всякий случай спросил я у Вальдера. "Это твоя голова, — донесся до меня ответ. — Сам решай, что тебе делать". "Нет, позволь! Благодаря тебе это теперь не только моя голова! возмутился я словам архимага. — Ты влез в нее, не спрашивая разрешения, и теперь будь так добр, раз уж ты никуда не собираешься из нее исчезать, дать мне совет: как поступить?" Ответом мне была тишина. Проклятый архимаг, как это уже бывало прежде, исчез, будто его и не было. Но туг меня не обманешь, Вальдер только притворяется немым до той поры, пока моей шкуре не угрожает реальная опасность, в основном магического содержания. Он уже несколько раз вытаскивал меня из самых неприятных неприятностей, и не сомневаюсь, что еще не раз вытащит. Кто-то может сказать, что у нас с архимагом взаимовыгодное сотрудничество — Вальдер спасает меня из опасных ситуаций, а я взамен предоставляю его душе сон и временное забвение в уголке своего сознания. Ну так вот. Пусть все те, кто считает, что это здорово, заткнутся на веки вечные! Они просто не знают, каково это — делить СОБСТВЕННУЮ голову с другим человеком, пускай он давным-давно умер и не лезет в мои дела, пока дело не запахнет жареным. Очень неприятное чувство — ощущать в себе кого-то, да еще и вспоминать то, чего никогда не происходило в твоей жизни. Хотя не могу отрицать — не будь со мной архимага, мои глаза давно бы сожрали червяки-могильщики. — Ну и тьма с тобой. Можешь молчать до посинения! — ругнулся я. Принять решение, что делать дальше, я не успел. Решение приняли за меня, и приняли не самым лучшим образом.