— Здравствуйте, — Витьке пришлось запрокинуть голову, таким высоким был капитан.

— Здравствуйте, — Витьке пришлось запрокинуть голову, таким высоким был капитан.

— Здравия желаю, Виктор, — сердитым голосом ответил Митрофан Игнатьевич. Наверное, он принял её за мальчишку, потому что Витька была, как всегда, в джинсах и куртке. — Как же ты допустил такой непорядок?

— Это нечаянно получилось. Мы его хотели угостить комарами, а Паша сбежал.

— А это, однако, Пашина подруга? — посмотрел на клетку Митрофан Игнатьевич.

— Да. Тоже волнистая.

— На, получай своего Пашу, — капитан вынул из-за спины руку, и Витька увидела беглеца.

Она приоткрыла клетку, и Митрофан Игнатьевич пустил туда попугая. Даша радостно пискнула, Паша ей что-то недовольно ответил, сел на жёрдочку и отвернулся. И сколько ни расспрашивала его подруга, он упорно молчал.

Митрофан Игнатьевич хмыкнул, и Витька поняла, что он больше не сердится.

— Мы к папе едем, в Нефтеград, — решила объяснить она. — Сначала на самолёте летели, на ТУ-134... Понимаете, он совсем ничего не подозревает. Мы — сюрпризом.

И хоть Витька, как всегда, рассказывала очень путано, Митрофан Игнатьевич понял.

— Следовательно, первый раз в наших краях? Витька кивнула и выразительно посмотрела на огромный бинокль, который висел у Митрофана Игнатьевича на груди.

— Хочешь глянуть?

Удивительно, как он сразу всё понимал! Не дожидаясь ответа, капитан снял бинокль.

— Держи!

Бинокль был настолько велик и тяжёл, что Витьке пришлось взять его двумя руками.

— Ой, здорово! — не удержалась она.

Берега, ещё минуту назад такие далёкие, неразличимые, приблизились. Вон деревья на самом обрыве толпятся, будто нырять собрались. А одно так уже прыгнуло: верхушка почти воды коснулась, а корни в земле застряли.

— Река весной очень сильно разливается и подмывает берега. И деревья падают, — пояснил Митрофан Игнатьевич, будто знал, что видит Витька.