Сиделка приехала через два часа, извинилась, что долго: не сразу нашлись все лекарства, пришлось поискать. Татьяна Геннадиевна уже спала, решили её не беспокоить. Виктор показал Валентине её комнату на время до переезда на дачу. Пошли на кухню, перекусить, попить чайку. Виктор сделал бутерброды, Валентина на скорую руку - вкусный омлет. Сели друг напротив друга, как два заговорщика.
- Ну что, зажигала? – спросила Валентина Васильевна.
- Нет, пока только"плохо себя чувствовала. Врач не стал настаивать на госпитализации, успокоил меня, что не всё так страшно и сказал, что сердце у неё сильное. Так-то им выгодно было бы её положить, конечно, но, во-первых, она уперлась, чего и следовало ожидать, во-вторых, давление 160 в её возрасте не такой уж и криминал.
- Понятно. Ладно, завтра мы познакомимся с ней.
Перекусили, поговорили еще немного, Валентина быстро убрала со стола, пошли по своим комнатам.
Мать еще спала, когда Виктор уехал в офис. Видимо, сказались лекарства, которые дал врач скорой. Но Виктор спокойно оставил сиделку с матерью. Он знал, что всё будет под контролем, как-никак, у Валентины 20 лет стажа работы медсестрой в психиатрическом диспансере, и еще 15 лет – работы сиделкой. Дети у неё давно взрослые, мужа нет, а внуков побаловать подарками она любит. А ещё она любит свою работу, хотя, такую работу сложно любить. Но со стариками она управлялась как с капризными детьми, те и сами не понимали, как начинали её слушаться и вести себя «хорошо». Конечно, мама Виктора "твёрдый орешек", но и Валентина Васильна не лыком шита.
Когда Татьяна Геннадиевна проснулась, первым делом она почувствовала сладко-коричный запах шарлотки. Удивилась, встала и накинула халат, взяла свою «третью ногу» и, опираясь на эту палку, двинулась в сторону кухни.
Крашенная брюнетка с короткой стрижкой, крупная женщина с дородной фигурой, заваривала чай, и в целом, чувствовала себя на кухне как дома. Татьяне Геннадиевне это не понравилось.
Женщина вскинула взгляд на неё, по-доброму улыбнулась и, словно услышав её мысли, сказала:
- Вот и вы встали. Как себя чувствуете? Извините, что хозяйничаю на вашей кухне, но работа у меня такая. Что будете на завтрак, кашу овсянку, омлет, или творог? Выбирайте.
- Яичницу.
- Хорошо, вам какую? Жидкую, или прожарить?
- Жидкую.
- Присаживайтесь. Пять минут и готово будет. Чай я травяной сделала, чтобы давление ваше не поднимать. Меня, кстати, Валентина Васильна зовут. Можете звать просто, Валентина.
- Татьяна Геннадиевна.
- Да, я знаю, - улыбнулась Валентина, но глаза её не улыбались, скорее, они смотрели немного насмешливо. Хотя, возможно, Татьяне Геннадиевне это показалось.
Виктор заехал во двор офиса и увидел машину генерального. Машины Иванова и Казанцевой тоже стояли тут.
«Что ж, ребята решение приняли, я так думаю,» - сказал про себя Виктор, мысленно добавив в последние три слова акцент Джугашвили. Сдерживая желание припрыгивать, он направился в свой кабинет.
Не успел поставить портфель возле рабочего стола, как в телефоне булькнуло сообщение. Посмотрел, сообщение от Марго: «Твои согласились, осталось утрясти по условиям, будут бодаться. Про тебя скажем в конце переговоров. Хорошего настроения тебе ))»
А почему бы и нет, настроение нормальное, рабочее. Хоть и ожидал такого результата, но всё равно радостно.
"Орков что ли погонять? Нет, хватит этого пацанства, составлю сам для себя отчет о состоянии финансовом, по интересующим мне пунктам, меня, как будущего генерального директора, а также совладельца компании. Ну а что, 20 процентов это очень даже не плохо, особенно с учетом того, что вся работа по сливу компании проведена мной, а так же и далее компанию вести к прибылям буду тоже я. У создателей компании всего по пять процентов остается, их я потом себе найду способ прибрать.
Хотя нет, сначала невесте позвоню. И пусть та пока не знает о своём статусе, надо компенсировать недостаток внимания к ней в последние пару недель."
- Ксюш, привет. Удобно говорить? С тебя должок, помнишь про поцелуй за спасенный тренинг? Да я шучу. Хочу извиниться, последнее время мало тебе уделял внимания, много работы было. Можно сегодня зайду? Так хочется поговорить, рассказать, чем занимался эти дни, почему не звонил и не заходил. Да, конечно, зайду в восемь. Ты не напрягайся, не готовь ничего, я всё вкусненькое с собой принесу. Да, обнимаю, до вечера.
Там, без него, происходили какие-то процессы, запущенные им, что дома, что на пятом этаже этого офиса, а Виктор думал о сегодняшнем вечере и ждал конца рабочего дня. Не вытерпев ожидания, он ушел немного раньше, справедливо предполагая, что начальству сегодня не до него. А если и возникнут вопросы, ответит по телефону.
Сидя в машине на парковке, заказал по суши-роллы-утку по-пекински, все на дом. А еще букет белых роз и тортик от Палыча. Всё должны были доставить по адресу Ксюши, к восьми часам.
Сам купил маленький букетик цветов и приехал домой.
Дома его встретил запах жареной картошки и котлет. Помыв руки, прошел на кухню, там колдовала уважаемая Фрекен Бок по имени Валентина.
- Вечер добрый, Валентина. Как день прошел? – спросил чуть приглушенно.
- Нормально, всё нормально – и, тоже потише, - Присматривается ко мне.
- Понятно, пойду разрушать её стереотипы.
- Идите, - с улыбкой ответила Валентина и даже подмигнула.
- Мамуляяяя, - Виктор отправился в её комнату.
Мать сидела в кресле лицом к окну, спиной к двери. Виктор протянул перед её лицом букет. Она растерялась, но взяла, удивленно обернулась назад и вверх, чтобы увидеть его глаза. Глаза сына смеялись. Да что за чёрт, что, сегодня все над ней насмехаются, что ли?
- Мамуля, у нас всё хорошо. Прости, у меня немного времени. Мне нужно идти по делам, увидимся позже.
Он ушел в свою комнату, скинул костюм, набросил халат, пошел в душ. Сегодня его ждал увлекательный спектакль, созданный специально для Ксюши. И это будет спектакль одного актера, актера по имени Виктор Смирнов, спрятавшего свою фамилию по матери и отцу, дабы не привлекать ненужного интереса.
«Фельдман» - звучит слишком ярко для человека, которому нужно было столько времени находиться в тени. Впрочем, пожалуй, он пока ещё побудет Смирновым. А там видно будет.