Как известно, застой в экономике начинается с политики, с пустых обещаний построить счастье и процветание в отдельно взятом социалистическом лагере. Похожая ситуация и в спорте. По крайней мере, сборная СССР по футболу на долгих 10 лет выпала из крупных международных турниров вскоре после скандального демарша советского руководства. Главной команде страны запретили играть с соперником из Чили на его домашнем стадионе.
Тогда футболисты СССР считались мировой элитой. Кубок Европы, выигранный в 1960 году, и почетная роль финалиста следующего первенства континента многих заставляли относиться к такому сопернику с пиететом. Отборочный цикл на мировой чемпионат 1974 года в целом подтверждал ожидания. Первое место в группе с Францией и Ирландией оставалось закрепить стыковым матчем с одной из лучших команд Южной Америки - чилийцами.
Официальная причина отказа так и звучала: советская команда не будет играть на поле, обагренном кровью чилийских патриотов. Речь шла о людях, которых режим Пиночета держал там после совершенного переворота и падения президента Альенде.
К тому времени пресса СССР уже окрестила новую власть в Чили фашистской хунтой. Главный и любимый жупел пропаганды был расчехлён и пущен в дело. А значит всем остальным, включая спортсменов, оставалось только подыгрывать ритуальным пляскам партийного начальства.
Для того, чтобы не ехать и не играть, изобретательная идеологическая машина, даже без истории с узниками, могла бы придумать повод. Например, архитектура национального стадиона в Сантьяго была позаимствована у берлинского "Олимпиаштадиона". Это ведь та самая арена, которая готовилась к олимпийским играм 1936 года, любимое детище Гитлера и воплощение триумфа ( у всех ведь диктаторов так) воли нацистского диктатора. А раз так, то можно отодвинуть на второй план здравый смысл, традиционную классическую форму и даже пропорции амфитеатра. Если речь идет о политической целесообразности, все остальное меркнет.
Никто о такой целесообразности не говорил, но вполне возможно имели в виду. Первую игру, в Москве, советская команда сыграла с чилийцами вничью. И хотя в её пользу говорили высокие рейтинги, ответная встреча не предвещала ничего хорошего. Дома, как известно, и стены помогают. В общем, проигрывать социально чуждому диктатору страна Советов не хотела. И тогда спортивные функционеры включили пафос и начали требовать переноса игры на нейтральную территорию.
ФИФА в тот период неохотно реагировала на политические дискуссии. Формально любой переворот - внутреннее дело страны. Но маховик согласований и уточнений всё же запустили.
Чилийцам было предложено выбрать другое место для матча. Национальная федерация не возражала. Но это задевало уже амбиции Пиночета. Он настаивал на Сантьяго. Тогда ФИФА отправила в Южную Америку комиссию с инспекцией. Это один из самых противоречивых эпизодов всей эпопеи с отменой и переносом.
К приезду инспекторов стадион отремонтировали, заменили сломанные сиденья... В то же время, по свидетельствам левого политика Грегорио Барралеса, он, наряду с другими пленниками, по-прежнему содержался в подтрибунных помещениях. Самое интересное - никто не стал скрывать этого факта. Инспекторы, якобы, видели содержавшихся там людей и никак, по словам Барралеса, не отреагировали. Как это согласуется с желанием Пиночета принять престижный футбольный матч в столице - не понятно. Тем не менее, выводы ФИФА были однозначные: никакого нейтрального поля, игра состоится на заявленной площадке.
Еще больше вопросов возникает по поводу событий 21 ноября. До самой даты матча сборной СССР не стали засчитывать техническое поражение. Команда Чили вышла на поле, на трибунах собралось 18 тысяч зрителей.
Австрийский арбитр Эрих Линемайр даже подбросил монетку, чтобы капитан определился с воротами. А потом в течение 18 сек игроки разыграли мяч и закатили его в ворота отсутствующего соперника. Финальный свисток прозвучал спустя 30 секунд после начала игры.
Тогда футбольное руководство СССР еще не знало, что на предстоящие 10 лет придётся забыть о высоких титулах и званиях. На первенство мира 1978 года главная команда страны не попадёт тоже. Мимо кассы будут и два последующих первенства Европы. Сначала все станут утешаться тем, что "мы первые обладатели кубка Европы". А потом на этой ностальгической ноте застрянет несколько поколений болельщиков и о том, что в футболе мы вообще можем на что-то претендовать забудут вовсе.