Мама была слегка озадачена, когда услышала, что Аврора с Сократом побывали в городе, где папа брал свой первый урок вождения. А когда она услышала, что, пока он водил машину, за детьми присматривала чужая пожилая женщина, просто ужаснулась.
— Да вовсе она не чужая, — возразила Аврора. — И к тому же её все зовут бабушка.
— Она уже один раз помогла нам в магазине, — сказал папа. — И к тому же шофёр-учитель знал её лично.
— И он тоже называл её бабушкой, — сказала Аврора, — и она живёт в месте, которого ты не знаешь. Мы покажем его тебе, когда ты выкроишь время.
— Да, конечно, — ответила мама. Она всё-таки осталась довольна, когда узнала, что в следующий раз папа будет учиться водить машину во второй половине дня, когда она будет дома и Авроре с Сократом не придётся ехать с ним в город.
Сократ от поездки нисколько не пострадал. Он пребывал в прекрасной спортивной форме и выглядел так, словно был не прочь съездить в город ещё раз, потому что поездку на трамвае принял с восторгом. В самом деле, что может быть лучше возможности хорошенько поспать в трамвае!
Через несколько дней, однако, не в форме оказался сам папа. Днём он почувствовал лёгкое недомогание, но не обратил на него внимания, пока вечером не лёг спать и не ощутил в животе острую боль. Он всё время лежал на одном боку, и его, как он почувствовал, лихорадило. Папа лежал и никак не мог понять, что же с ним могло приключиться. Он не привык болеть и разволновался вовсю. Папа лежал на боку и раздумывал, стоит ли будить маму — ей ведь нужно было рано вставать, чтобы ехать в свою контору. Но ему нисколько не становилось легче, и всё-таки он решил, что следует сказать о своей болезни кому-то ещё.
Прошло немало времени, прежде чем мама поняла, о чём он толкует, она в тот вечер устала страшно. Наконец она поняла, что с ним не всё в порядке.
— Может, ты съел что-то, чего твой организм не принимает? — сказала она. — Или ты вчера вечером поужинал слишком поздно?
— Нет-нет, — сказал папа. — Я не хотел тревожить тебя, но, понимаешь, мне очень больно.
— Может, мне позвонить врачу?
— Чепуха, лучше налей горячей воды в бутылку или во что-нибудь вроде неё. Может, боль пройдёт, если я приложу тёплое к животу?
Мама выбралась из кровати и нашла старую резиновую грелку, а папа сказал ей:
— Огромное тебе спасибо, отлично!
Он снова уютно улёгся и пролежал таким образом ещё долго, а мама снова заснула. Через несколько часов, услышав, как папа стонет от боли, она проснулась, провела рукой по его лбу и поняла, что он весь горит. Тогда она встала и сказала:
— Пожалуй, Эдвард, я пойду и позвоню врачу. Даже если ты против. Мне это не нравится, тебя лихорадит, и, судя по всему, боли у тебя в животе только усилились.
Она оделась. А пока одевалась, выглянула в окно. Снаружи стояла темень. К счастью, внизу горели уличные фонари, а на небе сияли звёзды, но весь мир выглядел непривычно и тихо. На улице — ни души, только громадные и высокие дома, которые тоже спали, выставив наружу тёмные окна. Мама чуть вздрогнула, но что пользы стоять и тревожиться? Она должна пойти на улицу и вызвать врача. Мама спустилась на лифте, а когда выходила из здания, дверь за ней захлопнулась с грохотом. Снаружи было очень тихо и холодно. Наверное, лучше бы пробежаться. Чем быстрее она позвонит, тем раньше приедет врач. К счастью, телефонная будка стояла недалеко. Как раз к ней Аврора с папой ходили заказывать урок вождения. Вот… она уже близко, отливает красным цветом под уличным фонарём. Увы, когда мама подбежала ближе, она увидела, что с будкой не всё в порядке. Что это вокруг неё? Осколки битого стекла и клочки бумаги. Когда же мама вошла в будку, она не нашла в ней телефонной трубки, а с потолка свисал и чуть покачивался провод.
Кто-то побывал здесь раньше и всё испортил…
Мама постояла раздумывая. Вот ведь незадача: папа заболел, и, скорее всего, опасно, а ей так и не удалось позвонить врачу.
Она постояла, а потом энергично тряхнула головой.
Ей поможет Аврора! Мама быстро пошла назад. Звук её каблуков, когда она подходила к лифту, резко раскатился по подъезду, а потом в окружающей тишине, когда она нажала на кнопку, с грохотом отозвался лифт.
Но вот мама уже дома. Она заглянула в спальную. Вид у папы неважный. Она погладила его по лбу и сказала:
— Скоро придёт врач, Эдвард. Я ещё не привела его, но постараюсь сделать это скорее, как только смогу.
Потом мама зашла к Авроре. Разбудить её среди ночи непросто, но она осторожно потормошила дочку:
— Аврора, Авророчка, я должна тебя разбудить, понимаешь? Ты уже большая девочка и можешь поговорить со мной среди ночи?
Аврора широко открыла глаза, поглядела на неё и ответила:
— Нет, — а потом сразу же глаза закрыла.
— Ну, немножечко постарайся. Ты ведь сможешь сказать мне всего несколько слов? Совсем немного?
— Ты чего-то испугалась, мама?
Она подумала, что мама проснулась посреди ночи, потому что ей приснилось что-нибудь неприятное, и теперь она ищет у неё утешения. Вот так.
— Тебе что-то приснилось?
— Нет, — ответила мама, — но я всё равно боюсь. Ты ведь знаешь, что папа заболел. Я хотела вызвать по телефону врача, но не смогла. Потому что телефон в будке оборван.
— Ты говоришь о старой телефонной будке? — спросила Аврора. — Телефон кто-то испортил? Так что же нам делать?
— Послушай, ты ведь совсем проснулась, правда?
— Да, — призналась Аврора и протёрла глаза.
— Ты многих знаешь в нашем доме. У кого-нибудь из них есть телефон? У Кнута, например, есть телефон?
— Нет, — сказала Аврора, — ни у Кнута, ни у Нюсси телефона нет. А вот у Бритт-Карен есть.
— Ты знаешь, где живёт Бритт-Карен?
— Да. Я не знаю номер квартиры, но помню, где она живёт.
— Тогда давай наденем на тебя свитер, халат, колготки и туфли и пойдём со мной к ним. Ты ведь понимаешь, насколько это важно для папы?
— Да.
— А теперь идём, — сказала мама, одев Аврору.
Держась за руки, они выскользнули из двери и осторожно её заперли.
— Нам нужно на этаж выше, — сказала Аврора.
— Поедем на лифте, так быстрее!
— Нет, пойдём по лестнице, я лучше вспомню.
И хотя она это прошептала, ей показалось, что звук её голоса поскакал вниз по лестнице, словно мячик.
— Вот, теперь нам надо сюда. — И Аврора указала в коридор, в точности такой же, как их собственный этажом ниже, с множеством дверей, на каждой из которых стоял свой номер. — Нет, не этот, не этот, а вот этот.
— Ты уверена?
— Ага.
Мама нажала на кнопку звонка, но не сильно, сильно нажать она побоялась. Изнутри не доносилось ни звука.
— Позвони ещё раз! — сказала Аврора. — Иначе они подумают, что им послышалось.
Мама позвонила ещё раз, подержав палец на кнопке дольше и нажав в этот раз сильнее.
Очень скоро изнутри послышался шёпот, и наконец дверь открыл мужчина. Это был отец Бритт-Карен, которого Аврора ещё не видела. Он был большой и толстый, с шевелюрой белокурых волос, падавших ему на лоб. Одна его щека, которой он прижимался к подушке, была вся розовая, а пижама ужасно мятая и морщинистая.
— Хм… — только и сказал он, увидев Аврору с мамой.
— Извините! — сказала мама. — Здесь… здесь живёт Бритт-Карен?
— Да, но зачем она вам понадобилась в такое время? — спросил мужчина.
К счастью, за его спиной появилась мама Бритт-Карен, тут же узнавшая Аврору.
— Как, Аврора, это ты? Что-то случилось?
— Да, — ответила ей мама. — Нам ничего не оставалось, как обратиться к вам. Заболел мой муж. Кто-то испортил здешнюю телефонную будку, и мне не удалось вызвать врача. Пришлось разбудить Аврору, чтобы она помогла мне отыскать в нашем доме семью, у которой есть телефон.
— Ах, дорогая, входите, пожалуйста, — сказала мама Бритт-Карен. — А ты иди и спи дальше! — обратилась она к мужу. — Он должен встать в шесть утра, чтобы успеть на работу.
— Надеюсь, вам удастся заснуть, — сказала мама. — Мы здесь почти никого не знаем, я каждый день на работе и не успела ещё ни с кем познакомиться.
— Хм, — сказал мужчина. — Всё в порядке.
Он зашаркал тапками в свою спальню. Мама нашла номер телефона, по которому должна была позвонить, поговорила с врачом и объяснила ему, что случилось с папой и как отыскать дом, где они живут.
— Он скоро приедет, — сказала она. — Огромное вам спасибо. Надеюсь, вы не очень на нас рассердились.
— Ещё чего не хватало, — сказала мама Бритт-Карен. — Должны же быть плюсы от того, что мы живём все вместе в одном доме. Не хватало только, чтобы мы друг другу не помогали. Приходите, как только вам понадобится позвонить снова.
На обратном пути по коридору они встретили ещё одного мужчину. Он сердито взглянул на Аврору, разгуливавшую среди ночи в одном халате, но, к счастью, ничего не сказал.
Когда они вошли к папе, он, конечно, очень обрадовался, увидев их, хотя по-прежнему чувствовал себя очень плохо.
— Сократик проснулся, — сказал он, — но я не смог его успокоить.
— Ничего, я сейчас займусь им, — сказала мама. — Вот только уложу Аврору в постель.
— Не надо, не беспокойся! Я ещё тебе тут пригожусь.
— Ты поможешь мне утром. Идём, Аврора! Послушай внимательно, что тебе завтра понадобится, — сказала мама, как только они вошли в Аврорину комнату. — Если сегодня ночью папу положат в больницу, я поеду вместе с ним, чтобы ему не быть одному. Ты согласна?
— Да, — сказала Аврора. — А я с Сократиком поеду с тобой?
— Нет, вы останетесь здесь и будете спать, и, если не увидите папу утром, значит, его положили в больницу. Я приеду домой, как только разузнаю, что с ним. Хорошо? А сейчас я приготовлю две бутылочки и одну заправлю всем, что нужно для каши. Ты знаешь, как мы её готовим?
— Знаю, я готовила её много раз, когда папа просил помочь.
— И не клади малыша на пеленальный столик, — сказала мама. — Столик для тебя слишком высокий, ты будешь тянуться, и Сократик может упасть. Лучше положи клеёнку и полотенце на мою постель, а потом возьми тазик с тёплой водой, помой братика и смени пелёнки. Тогда можно не опасаться, что он свалится. Ты всё запомнила, ты не спишь?
— Нет, не сплю, и я больше не засну.
Хотя она всё-таки заснула. Аврора не слышала, как приехал врач, но, когда встала на следующее утро, обнаружила, что лежит в маминой постели и ни мамы, ни папы в квартире нет. Тогда она вспомнила обо всём, что сказала ей мама. Сократ лежал и бормотал что-то в своей постельке. Она приготовила для него бутылочку с молоком и перепеленала его на маминой кровати. И, хотя Аврора действовала наполовину не так ловко, как мама или папа, ей всё-таки удалось помыть и перепеленать младенца. Она кое-как завернула его в пелёнки и нагрела молоко как раз в меру, налив в миску тёплую воду и поставив в неё бутылочку. Перед этим она проверила температуру в миске тыльной стороной ладони, чтобы вода не оказалась слишком горячей. И у неё всё получилось! Когда она стала кормить братика, в замке повернулся ключ и в двери появилась мама.
— Ах, какая же ты, оказывается, ловкая, Аврора, — сказала она. — Я приехала, как только освободилась. Надо же мне было узнать, что с папой, ты понимаешь?
— Ну и как всё прошло? — спросила Аврора. — Его положили в больницу?
— У него аппендицит, — объяснила мама. — Операцию уже сделали. И вот что я скажу тебе, милая. Если бы ты не была такой умницей и не показала мне ночью, откуда можно позвонить, папе могла угрожать опасность. Врач сказал, что мы доставили его как раз вовремя. Ещё бы несколько минут и…
— Ой! — сказала Аврора. — И он пробудет в больнице весь день?
— Он пролежит в ней несколько дней. Потому что он ещё болен, понимаешь?
— А кто же будет присматривать за мной и Сократиком?
— Что-нибудь придумаем. А сегодня я на работу не пойду и останусь дома.
— А нельзя всё сделать так же, как в семье Нюсси перед Рождеством, когда у неё заболела мама?
— И как же они устроились?
— За Нюсси тогда присматривала временная домработница. Это была такая красивая девушка в голубой юбке, белом фартуке и в белом беретике.
— Нужно подумать.
После бессонной ночи мама была бледная и очень усталая.
— Ложись, мама! А я присмотрю за Сократиком, приготовлю завтрак и, если ты разрешишь, помою посуду.
— Ты моя хорошая! Знаешь, перед тем как поспать, я немного поем.
Они вместе приготовили завтрак, а Сократ лежал, глядел на свои пальцы и был в очень хорошем настроении, потому что было утро и он только что хорошо поел. Когда они позавтракали, мама легла отдохнуть, и Аврора делала всё тихо-тихо, стараясь не издавать ни звука, пока мыла посуду и прибиралась в квартире. Она попыталась всё сделать как можно более аккуратно.
Мама спала до тех пор, пока Сократ не стал выказывать недовольство. Сократ хотел перемен. Он с радостью вышел бы из дома, сказал бы он, если бы умел говорить, направился в магазин, полопотал бы там с другими младенцами, покатался бы в коляске и подышал свежим морозным воздухом.
Пока они одевали его, в дверь позвонили. Это пришли Бритт-Карен и её мама.
— Извините за беспокойство, — сказали они, — нам хотелось бы узнать, чем всё у вас кончилось.
— Сегодня ночью моего мужа положили в больницу и сделали операцию, ему удалили аппендицит.
— А кто же тогда будет присматривать за детишками? — спросила мама Бритт-Карен.
— Сегодня с работы меня отпустили, — сказала мама Авроры, — я сейчас пойду и попробую нанять временную домработницу.
— Хорошо, если так, — сказала мама Бритт-Карен. — Я всё думала, как у вас сладится. Я могла бы помочь сегодня, но назавтра я занята в магазине. Простою там за прилавком весь день, а Бритт-Карен отправлю к тёте в город.
— Спасибо большое, что вы о нас подумали. С вашей стороны это очень мило… Какие приятные и внимательные люди живут в нашем доме, — сказала мама, когда посетительницы ушли.
— Я тоже не знала, что она так мила.
Аврора взгрустнула оттого, что заболел папа, хотя всё-таки хорошо, что была дома мама. Аврора надеялась, что они встретят в этот день много знакомых. Но они с мамой никого не встретили. Телефонная будка так и стояла разгромленная. Осколки стекла по-прежнему валялись вокруг. Аврора встала и долго на них глядела.
— Мне не нравится жить здесь, в Тириллтопене, — сказала она. — В том месте, где мы жили раньше, такого не было.
— Тех, кто создаёт неприятности для других, немного, — сказала мама. — Гораздо хуже то, что они не понимают, что делают.
— Как же их заставить это понять?
— Они не поймут, пока им самим не понадобится позвонить врачу, чтобы вызвать его к тем, кто им дорог.
— Я бы никогда тебя не обидела. — И Аврора похлопала рукой по телефонной будке. — Кнут тоже, хотя, говорят, он здесь самый хулиганистый из всех мальчишек. Но он никого не обижает.
— Пойдём! — сказала мама. — Ты ведь должна научить меня, как делать покупки в магазине.
— Научу, а потом мы вместе попьём кофе.
— Да, конечно, но как же мне его, по-твоему, помолоть? — спросила мама. — Я ведь не умею обращаться с той мельницей в магазине, о которой вы говорили с папой.
— Зато я умею, — гордо сказала Аврора.
— Что бы я без тебя делала! Сократ мне вряд ли бы в этом помог.
— И тогда ты обошлась бы без кофе.