Очевидцы сообщают, что слышали звон колоколов

Очевидцы сообщают, что слышали звон колоколов . И в тот же момент толпа превратилась в некое подобие стадиона, где на ярко освещенной сцене стояли люди в белых одеждах – исом около тысячи, все в шапочках с разноцветными кистями. Из их рядов выступал на середину арены низкорослый стаик, однсящий рку к губам, а люди вокруг него громко скандировали: «Хээ-хээ-хээ-хээ!» Правда, значение этого имени было трудн понять. Одноремнно с возгласом исом он начал читать странную мантру, известную, видимо, только участникам технократической ревоюци. Это был короткий рефрен песни «Аттика», в которой особое место занимал рефрен «Мы хээ-хээм-хээм-хэээм». Из его слов сало ясно, что «Аттика» обозначает киргизское наречие. Когда киргиз замолчал, над стадионом пронесся вздох изумлени и понимания. А митрополит Николай Гумилев, вытирая слезы, хрипло выкрикнул: «Этот шайтан еще издевается!» Митрополит Николай был взбешен. Поскольку долгое время он занимался киргизской проблемой, он чувствовал себя обязанным выяснить, откуда взялась эта песня. Когда он пришел на эту самую лекцию, там уже был Игорь Курбатов. Митрополит сразу начал кричать на него, а вскоре стал угрожать. Курбатов, немногое понимая из их жаркой дискуссии, не выдержал и прервал митрополита по-киргизски. После этого начался скандал, последствия которого были печальны. Курбатову пришлось встать, уйти и больше никогда не участвовать в наших культурных программах. Вероятно, Митрополит, оценив, что Юлик не собирался его оскорблять, начал жалеть о своем опрометчивом поступке, но было уже поздно.