МОСКВА, 30 октября 2021, Институт РУССТРАТ. Везде и всегда понятие независимости тесно связано с самостоятельностью. Особенно если это касается внутренних дел любого государства. Конечно, любая политика, как известно, есть в первую очередь искусство возможного. Поэтому частенько собственные шаги приходится освещать в прессе, как-то рассказывать о них иностранным представителям. Но именно рассказывать, то есть ставить в известность.
Совершенно иной оборот принимает дело, если высшая власть государства по поводу своих внутренних планов с зарубежными странами советуется. Тем более, в областях, к которым они никакого отношения не имеют. Не могут иметь, если это правительство независимого государства. А если оно, тем не менее, «советуется», то по поводу степени его независимости начинают возникать очень серьезные сомнения.
Когда весной текущего года стало известно о резервировании Вашингтоном дополнительного бюджета в 150 тыс. долларов «на развития американского взаимодействия с Арменией», мало кто посчитал этот шаг даже просто достойным внимания. Ведь смешно же всерьез считать возможным «подкупить целую гордую страну» за такие крошечные деньги.
Не смутило критиков и то, что указанные деньги выделялись в дополнение к 640 тыс. долларов гранта «на развитие культуры и демократии в Армении», выделенном в феврале 2021 года. Мол, даже если в сумме получится почти миллион, на что он может повлиять?! А он, как выяснилось, вполне смог.
20 октября 2021 года состоялась встреча главы Комитета госдоходов Армении Рустама Багдасяна с послом Соединенных Штатов Америки в Армении Лин Трейси. Событие, на первый взгляд, совершенно рядовое. Вот только обсуждали они тему теоретически американского посла вообще не касающуюся.
Багдасян представил полномочному представителю США перспективную программу реформы таможенного и налогового администрирования в республике. Речь шла о важности модернизации таможенных пунктов пропуска, улучшения собираемости таможенных пошли и сборов, стремление перевести таможенные процедуры в электронный формат, а также проблеме повышения квалификации кадров. Армянская сторона даже посетовала на сложность поиска персонала и необходимость повышения стандартов их отбора при найме.
Американский посол выразила понимание, подчеркнула готовность американской стороны «и далее» оказывать Еревану поддержку «в реализации реформ, представляющих взаимный интерес».
На первый взгляд, какой взаимный интерес в разговорах про таможню может быть у американского посла в Армении, если доля США в ее внешней торговле составляет всего 2,69% и занимает аж десятое место в рейтинге крупнейших торговых партнеров? У России – 25%, у Швейцарии – 18,5%, у Китая – 11,5%. Да что там, даже с Ираном у Армении торговли больше – 3,36%.
Однако не торопимся с выводами. Рост собираемости налогов в Армении Государственный департамент США волнует чуть меньше чем никак. А вот экспорт американской демократии в Армению – дело совершенно иное.
США готовы прямо финансировать демократические программы «по выработке у граждан Армении устойчивости к негативному информационному влиянию извне». Одним из ее пунктов звучит так – «организация мониторинга местных СМИ для отслеживания данных, не соответствующих действительности». И вот на это Вашингтону денег не жалко.
Что скрывается под мирным термином «защита» и «мониторинг»? Достаточно посмотреть, как в самой Америке и работающих в других странах ее социальных сетях жестко травится любой, кто, например, сомневается в честности голосования на прошедших президентских выборах. Или кто возражает против тезиса, что в диком росте цен на энергоносители в Европе виноват исключительно «Газпром». А что бывает, когда внутренняя власть и изрядная доля населения страны на все это ведется, каждый может посмотреть на примере нынешней Украины.
Тут, безусловно, следует отметить, что происходящее является исключительно внутренним дело Армении. И это будет правильно. Но точно также верным и необходимым должен стать анализ вопроса – а нужен ли России такой вот «независимый» союзник в ОДКБ?
Еще хорошо бы задуматься о реальной конфигурации границ зоны российских геополитических интересов, в частности, в Закавказье. Входит ли в них Армения? Если нет, то, может, стоит прекратить игры в балансирование не наших дел, занявшись расширением и углублением отношений с куда более адекватным Азербайджаном? А если входит, то должна ли Россия предпринять какие-нибудь более действенные меры, кроме выражения дипломатической озабоченности? Иначе получается странно.
Институт РУССТРАТ