Потому что все начинается с детства. Сегодня вспомним чем питались дети в школе и не только дети, и не только в школе
Школьные завтраки
Было так. Когда мы только начали заниматься, у нас было по три урока ежедневно, а потом стало четыре, и так было до конца начальной школы. Вот когда уроков стало четыре, учительница объявила, что мы должны сдавать по 72 коп. в неделю на питание. Кажется, это было по желанию, но желание было у всех. Мне тоже дали 72 коп., я положила их в пенал, чтоб не потерять, и отдала учительнице. Получалось по 12 коп. в день (тогда была шестидневная неделя, что для школы, по-моему, лучше, чем пятидневка).
В течение недели блюда не повторялись, а потом всё начиналось с начала. Мне и моим одноклассникам еда нравилась, мы ходили в столовую охотно. Сходить на завтрак – это было маленьким приключением среди школьного дня. Там и тарелки были интересные: белые, фаянсовые, более толстые, чем дома, а на краешке что-то написано синим, вроде как от руки.
Из еды запомнилась очень густая манная каша – у нас дома варили гораздо более жидкую. Я даже просила бабушку сделать именно такую – школьную.
В один из дней давали котлету с чёрным хлебом и чай – тоже вкусно. Бывал кисель, компот, какао с куском свежего белого хлеба. А ещё было блюдо, которое большинству детей совершенно не нравилось, а мне нравилось очень. Это так называемая «гадкая солянка», как выражалась моя подружка. В самом деле солянка: тушёная капуста с редкими кусочками то ли мяса, то ли сала. Дети её ели неохотно, и я, если хотела, могла получить лишнюю порцию, что иногда и делала.
Что нам дают в школе на завтрак – ни мама, ни бабушка у меня не спрашивали. Вернее, спрашивали, но так, для разговора, а вовсе не с заботой, что, не дай Бог, накормили меня часом какой-нибудь гадостью.
Московские гостинцы
Из московских поездок мама привозила какую-нибудь столичную шмотку, папа – книжку, которую покупал для чтения в дороге. В 60-годы, как я понимаю, особого дефицита книг не было, т.к. жили тесно, домашних библиотек почти ни у кого не было, а наша домашняя библиотека, помнится, составилась во многом из тех поездок. Тогда было куплено рыжее собрание сочинений Ильфа и Петрова, а также лекции Ключевского. Обоих отец любил перечитывать.
А ещё непременно привозили что-нибудь вкусное, чего не было в Егорьевске. Например, бананы. Или какая-нибудь гастрономия – красная рыба или ветчина. Или копчёные угри. Очень мне нравилась копчёная колбаса: дивный запах, а уж вкус…
- Я начинала с того, что выгрызала кусочки жира, а потом медленно съедала дырчатую пластинку. К сожалению, много её есть не разрешалось, а только несколько ломтиков. Были ещё конфеты в коробочке под названием «Шоколадный набор». Я-то, по правде сказать, предпочитала просто «Мишки» россыпью.
Или ту же самую копчёную колбасу. Но уж что привезли – за то и спасибо. Все эти редкости отец покупал в гастрономе, расположенном в высотке на Котельнической набережной, поблизости от того места, где располагался их Совнархоз – на площади Ногина, ныне Китай-город. Но всё это было так, баловство, а не настоящая, базовая, еда. Настоящей едой воспринимались мясные щи, котлеты с макаронами, картошка со шкварками, селёдка с картошкой.
Кстати, о картошке со шкварками. Отец очень это дело любил. Спустя много лет, когда я была уже практически взрослая, когда мама уезжала, он всегда заставлял меня делать картошку со шкварками.
Хорошо бы нам вернуться к более простому и традиционному для нас питанию. Мне кажется, именно так и будет. Неслучайно, приглашая гостей, сегодняшняя хозяйка старается приготовить своими руками что-нибудь традиционное. Магазинное, хотя бы из «Азбуки вкуса» сегодня как-то «не катит». Это некая новость: лет двадцать назад ценились новые, дорогие, магазинные закуски. Это малозаметный, но существенный переход. Хочется верить, что он незаметно приведёт нас к традиционному питанию нашего народа: щи да каша – пища наша.