Мы не может допустить

Покинув адвокатскую контору, я решила подождать Максима на улице, чтобы поговорить с ним наедине, поскольку надо было что-то решать. И, как бы мне этого не хотелось, другого выбора у меня просто не было. — Леша, братик, зачем же ты заварил всю эту кашу…? — прошептала я, сдерживая слезы. Сев на лавочку, я натянула на глаза большие черные очки. Майское солнце палило беспощадно. В черном трикотажном платье до колена было невыносимо жарко, и я чувствовала, как капельки пота скатывались по моей спине и груди. Наконец, на улицу вышел и Максим. Я тут же поднялась и направилась ему навстречу. Казалось, он был удивлен, увидев меня. — Нам надо поговорить. — Сказала я, радуясь, что черные очки закрывают мои глаза, и он не видит моего испуга, растерянного взгляда. А то бы он точно порадовался! — Слушаю. — Коротко бросил он, нетерпеливо поглядывая на часы. — Нам надо что-то решать. — Не смело начала я. — Мы не может допустить, чтобы часть стоматологических клиник перешла в руки государству, Леша всю жизнь положил на них, он так много работал, что это было бы просто отвратительно по отношению к его памяти. — И что ты предлагаешь? Жениться на тебе? Да это последнее чего я хочу! Лучше на всю жизнь остаться холостяком, чем связать свою жизнь с такой, как ты! — Каждое его слово несло уничижительный характер, он говорил так, словно я была куском грязи на его чистых ботинках. — У тебя нет никакого права стоять тут и оскорблять меня! И неужели ты думаешь, будто я хочу выходить за тебя, да ты вообще не в моем вкусе! — Задохнулась я от возмущения. — Ааа, ну конечно, я ведь прекрасно видел, какие парни тебя интересуют. — Насмешливо проговорил Максим, с презрением глядя на меня. — То, что ты видел тогда, было чистой воды недоразумением