Жанр литературы ужасов родился в XIX веке. По стилю исполнения это могли быть как обычные «грошовые ужастики» в несколько страниц на дешевой бумаге, так и целые романы, которые сегодня считаются классикой мировой литературы. Другое название такой литературы, «готический роман», напрямую связано с архитектурой: чаще всего местом действия страшилок и трагических возвышенных историй становились средневековые замки, соборы, мрачные особняки, сохранившиеся с рыцарских времен и прочие атрибуты Средневековья.
Ведьмы, вампиры, оборотни, собранные из кусков бесчисленные варианты чудовища Франкенштейна, призраки, палачи, мумии, безумные ученые, демоны, зловещие жрецы древних культов и прочий хэллоуинский контингент – все это родилось в 1820-1830е. Они владели умами читателей всю викторианскую эпоху, а потом перекочевали в кинематограф первой половины XX века. Даже мастер детектива Конан Дойл не избежал увлечения «готикой»: его «Собака Баскервилей» начинается точь-в-точь как классический готический роман – проклятый старинный род, мрачное поместье и призрачный монстр, охотящийся на людей.
Конечно же, писатели и читатели увлекались не реальным, а тем средневековьем, как его понимали и представляли его в XIX веке. Тогда нормальная историческая наука только зарождалась, а произведения Вальтера Скотта всерьез считались вполне историческими трудами. Но, как гласит закон Ньютона, действие равно противодействию: литературная мода на историзм и «ужасы» повлияла на реальный мир. Псевдоготические постройки в XIX веке начали появляться и в Европе, и даже там, где настоящей готики не было по определению - в Америке с Россией.
Готика, как представляли себе ее в XIX веке, была, скорее фантазией на тему средневекового архитектурного стиля с сильным влиянием стиля эпохи Возрождения. Но заказчики требовали, а архитекторы исправно отрабатывали заказы.
Всем известный пример такого стиля - замок Нойшванштайн в Баварии. Заказанный «очарованным королем» Людвигом II, он был выстроен в средневековом стиле в романтическом уголке Баварских Альп. Кстати, при его строительстве применялись сразу две новинки: динамит, с помощью которого ровняли площадку в скале и первые паровые подъемные краны, а в конструкции широко использовался бетон. Если бы Нойшванштайн увидели средневековые строители, они бы, наверное, схватились за голову: оборонять такой замок решительно невозможно. Зато получилось очень красиво.
Была у моды на историзм и еще одна причина. Начинающаяся промышленная революция породила революцию социальную. Старая аристократия в большинстве своем разорилась, а многие люди из «третьего сословия», вложившиеся в фабрики, международную торговлю и железные дороги, разбогатели. Но старые ценности еще долго не теряли своей привлекательности, поэтому одним из первых, во что вкладывались нувориши, была покупка какого-нибудь дворянского титула.
Дальше действовала логика: «Раз мы теперь дворяне, надо, чтобы у нас было и родовое гнездо под стать!». И такие гнезда начали выкупать у прежних владельцев или возводить с нуля, в том самом псевдоготическом стиле.
Чтобы создать нужный антураж, будто новенький особняк стоит здесь как минимум лет 400, шли на самые разные ухищрения. Архитекторы специально заказывали на каменоломнях тесаный камень потемнее, покупали кирпич из темных сортов глины, в раствор подмешивали сажу, чтобы «состарить» швы, дерево тонировали так, как будто оно пережило не один век, ставили нарочито грубо скованные дверные петли и декоративные решетки на окна. Дома как нынешние реконструкторы «переодевались» в облик, имитирующий прошлые столетия. Садовники выращивали «запущенные» старые сады и парки, сажали плющ, так, чтобы он заплетал стены и окна особняков. Даже если новый особняк не подделывали под глубокую старину, то строили так, чтобы имитировать Средние Века: башенки, вытянутые формы, острые крыши и стрельчатые окна.
То же самое касалось и интерьеров: мебельщики начали делать кровати с балдахинами, шкафы и сундуки, средневековые стулья и кресла с высокими стрельчатой формы резными спинками и так далее. Разумеется, у них перед глазами были некоторые сохранившиеся исторические образцы, но гораздо чаще каждый пользовался своей фантазией на тему того, как оно выглядело.
Раз создается атмосфера средневековья, значит особняк должен быть непременно украшен трофеями и доспехами предков. Но реальных сохранившихся доспехов и старинных мечей с алебардами на всех не хватает – значит надо делать новые. Рынок поддельного средневековья пережил расцвет в 1840-1880-е. В Италии, Испании и Германии как когда-то в Средние века заработали фабрики, на которых клепали из листового железа промышленного выпуска «настоящие» рыцарские доспехи. Многие из них не соответствовали историческим образцам, а у некоторых даже с анатомией были проблемы. Иногда выходило так, что у рыцаря были руки как у 10-летнего ребенка, но шлем, даже с подшлемником без проблем надевается на хороший арбуз. Зато смотрится внушительно и почти исторично.
В соответствующих каталогах можно было подобрать «средневековые» атрибуты на любой вкус и кошелек. А когда хотелось настоящего мрачного средневековья, то в тех же каталогах были и другие товары. Если в готическом романе есть замок, то в нем непременно будет мрачное подземелье, а в подземелье обязательно должна была быть камера пыток. Так что отдельные разделы были посвящены выбору подходящих ржавых кандалов, решеток, имитаций всяких пыточных приспособлений. Ими можно было обставить новодельную темницу и удивлять артефактами жуткой старины своих гостей.
Иногда не довольствовались историческими образцами, а выдумывали новые. Например, у историков есть довольно обоснованное мнение, что ужасную «железную деву», специальный саркофаг в форме женской фигуры, усаженный изнутри шипами, в котором запирали преступников, в действительности выдумал кто-то из авторов готической литературы XIX века, а не какой-то средневековый заплечных дел мастер. Потом идею подхватили бойкие продавцы поддельного антиквариата и наделали «железных дев», чтобы хватило всем коллекционерам. Теперь изрядная часть этих подделок выставляется в разных «музеях казней и пыток», развлекая туристов.
К 1890-м мода на все средневековое постепенно сдала свои позиции. Железной поступью шли новые времена, век прогресса и электричества, мрачная романтика выходила из моды, сменяясь утонченным декадансом модерна. Но построенные в эпоху увлечения «готикой» здания остались и до сих пор считаются архитектурными изюминками многих городов, выбиваясь своим средневековым видом из общей застройки.