Сколько я заплатил? На этот вопрос отвечу охотно: пять тысяч терро.

Сколько я заплатил? На этот вопрос отвечу охотно: пять тысяч терро. То есть получилось примерно по одному терро за голову каждого пирата, хе-хе. Полагаю, Иеремия Блад пришел бы в ярость, нет, в неописуемую ярость, если бы узнал, что его жизнь была выкуплена у безымянных владык Черного Космоса русским пилотом Андреем Румянцевым за монету достоинством в одно терро. Гарольд Фрин, не меняясь в лице, мелкими глотками допил свой восьмидесятиградусный ром «Штро» и ушел из «Звездного пути» с моим листочком. Фрину требовался Астропарсер его родного контейнеровоза, чтобы произвести все необходимые расчеты с опорой на данные Астрографического Реестра. Результаты он пообещал сообщить сверхсрочной депешей на мой адрес в Кастель Рохас. Сказать, что я рисковал — не сказать ничего. Я ждал ареста, доедая в «Звездном пути» гигантский стейк с трехзначной ценой. Ждал ареста, а может, и пули, подходя к дому. Когда в дверь позвонили, я уж и вовсе не сомневался: «Эрмандада»! Однако за дверью стоял почтальон. Он вручил мне запечатанный конверт, принял подпись и ушел. Послание не содержало ничего, кроме цифр. Судя по формату, там было все: и Х-локализация, и гелиоцентрическая привязка. Так я стал обладателем точных координат «Последнего Ковчега».