Весь следующий день мы всем своим коллективом опять занимались горнолыжной.

Весь следующий день мы всем своим коллективом опять занимались горнолыжной. Жить все-таки решили в конторе, т. к. и на печи можно готовить, а не только греться, и точка самая высокая и пути отхода удобные на экстренный случай. Со скважиной все получилось, отогрели, запитали насос от моего генератора и накачали вкуснейшей артезианской воды. Пара дней ушла на обустройство быта. Погода установилась более-менее «теплая», т. е. в среднем минус пятнадцать, перемещаться и работать вне помещений, было относительно комфортно. Ревизия закромов местных жителей дала некую уверенность в том, что на ближайшие полгода, а в режиме экономии и года, вопрос пропитания снят, что не могло не радовать. Разбудило меня невнятный шепот, напевный такой… — … Яко Ты, Господи, упование мое, Вышняго положил еси прибежище твое. Не приидет к тебе зло, и рана не приближится телеси твоему, яко Ангелом Своим заповесть о тебе… — часто клянясь и крестясь молилась в Красном углу Мария Степановна. Я закрыл глаза, лежал и ждал, когда она закончит молитву, постеснялся вставать и мешать. Думал о том, как нам сегодня до обеда уложиться с переездом, а потом еще дров со дворов навозить надо. Есть и уголь по сараям, но его долбить надо, пробовали, корка сантиметров двадцать — только время терять, а дров навалом по поленницам. Баба Маша закончила с молитвой и я открыл глаза. — Проснулся? — чуть наклонилась ко мне она. — Угу, — кивнул я в ответ. — Господь добрый знак дал… иди на верх, глянь, — кивнула она на лаз на мансарду. На верху дежурил Юра, и поставив локти на подоконник он любовался еле заметными лучами солнца пробивающимися сквозь грязно-красные тучи далеко на горизонте. — Класс! — обрадовался я. — Да, уже час наблюдаю, — не поворачиваясь ответил Юра, — так, на пару минут пробьется малость света, а потом опять затягивает… — Значит, есть вероятность, что атмосфера начала очищаться? — Есть… но радоваться рано, думаю, с климатом проблем еще будет навалом, но этот свет вселяет оптимизм, хоть собственно и света как такового не особо много. — Да уж, — я присел на стопку скрученных проволокой строганных

досок, — если бы сейчас работали радиостанции апокалипсического мира, наверное по утрам мы бы слышали что-то вроде — «температура воздуха вне убежищ такая-то, радиоактивный фон такой-то, освещенность столькото люменов, толщина снежного покрова такая-то… а теперь в эфире песня, в исполнении рок-группы „Полярный Лис“»…