Лейбористская партия Блэра победила консервативного Мейджора на парламентских выборах на фоне экономического процветания, стратегической победы консерваторов, достигнутой за 18 лет ее правления. Таким образом, основной причиной успеха лейбористов была, пожалуй, психологическая усталость британцев, накопленная за те же 18 лет. Воистину, в политике нет благодарности.
Слабый и неуверенный
Итак, этот банальный факт оброс в печати массой любопытных выводов. Во-первых, вывернутыми наизнанку оказались добрые слова, сказанные в свое время о Мейджоре, только что пришедшем к власти, выходце из народа, добившемся всего нелегкой работой и т. д. Теперь картина иная.
Выяснилось, что экс-премьер был скучной посредственностью, все годы премьерства скрывавшей под маской педанта и либерального доктринера свою внутреннюю слабость и неуверенность. Это лейтмотив предвыборной кампании Блэра. Разве не слаб, соглашаются публицисты, раз членам своей партии прощал публичные призывы отдохнуть, уйти в отставку, а у журналистки, пришедшей на интервью, робко вопрошал: «Как вы ко мне относитесь?»
Даже безобидные увлечения, например, созерцательное и тихое цветоводство, становятся, с одной стороны, признаками пассивности, а с другой – плебейского пристрастия к респектабельности.
Публицисты рисуют портрет простолюдина, который стыдился своих излишне экстравагантных родителей (пожилого артиста цирка и молодой танцовщицы) и незаметно пробился «наверх», что не обошлось без унижений. Так же ему якобы пришлось иметь дело с совестью.
Энергичная реинкарнация «Сталина»
То ли дело Блэр. Не мужчина – сгусток энергии. Сын консерватора, преданного Тэтчер, пламенного левого в студенчестве, проведенного в ненавистном Оксфорде, энергичный футболист и лидер небольшой рок-группы. Почувствуйте разницу.
Возглавив Лейбористскую партию тремя годами ранее, Блэр ошеломил членов партии энергией, с которой он обещал искоренить дряхлую социалистическую лабуду, такую как «социализация средств производства» и так далее. Мотивировано кратко и четко: «Мы меняемся, потому что изменился мир». Из-за его твердой решимости модернизировать партию «новые лейбористы» Блэра ласково прозвали «Сталиным». А оппоненты назвали Блэра просто «тори».
Однако не выиграют в политике те, кто не понимают, что всему свое время. Легко себе представить, как разочаровался некий молодой лейборист на митинге Блэра, спросивший, какое будущее ожидало бы английскую рок-музыку, если бы рокер был избран премьером. Он услышал в ответ: «Никакое, я больше не играю рок». Блэр, возможно, допустил тактическую оплошность. Но он говорил правдиво.
Старое и забытое
Что говорить о противниках... Большинство сторонников агитировали под девизом: «Кто голосует за лейбористов, голосует за консерваторов – просто улыбчивых и доброжелательных». И кто-то, возможно, считал, что это действительно много значит. Просто произошла смена поколений, и молодежь назначила своего представителя. Да, иногда сложно не почувствовать себя единомышленниками, презирающими политику, хотя бы на мгновение.
Короче говоря, британцы были справедливо убеждены, что Блэр не станет строить воздушные замки социализма, а также не откажется от консервативных завоеваний. А вот что на самом деле ново? Как известно, новое – это полузабытое старое. В стабильных обществах это так.