Хочу сказать пару слов вослед сериалу «Контейнер», показ которого недавно завершился на платформе START.
Итак, Саша (Оксана Акиньшина) на приличном уже сроке беременности, вынашивающая ребенка «заказчикам», то есть сурмама ( в «Контейнере» это постоянно называют омерзительным словом «суррогатка»). Она строго соблюдает медицинский протокол, проходит необходимые обследования, беременность протекает без осложнений. Совершенно неожиданно в ее жизнь, нарушая правило анонимности, вламывается биологическая мать ребенка (Мария Фомина), «рублевская жена» самого замминистра (Филипп Янковский), которой вдруг вздумалось лично наблюдать за течением последнего триместра беременности сурмамы своего ребенка – и это «нарушение условий контракта» и дает завязку сюжету.
Создатели пытаются играть на стыке жанров – тут тебе и психологически триллер, и отчасти детектив, но все-таки основная тема сериала – суррогатное материнство, тема для отечественных сериалов не новая, но с недавнего времени опять ставшая остро-дискуссионной – в связи с недавним уголовным. Речь идет - если кто не в курсе –в январе 2020 года в съемной квартире в Одинцово скончался один из нескольких «суррогатных» малышей, ожидавших там, под присмотром няни, своих биологических родителей-иностранцев. В результате было заведено уголовное дело, дети помещены в соцучреждения, их биологические родители-иностранцы в условиях ковида через суды пытаются вернуть себе своих малышей и доказывают свое с ними родство, а 8 человек (7 представителей медицинского учреждения, где проводилось ЭКО, и сурмама) задержаны по обвинению в причинении смерти по неосторожности и торговле людьми. На этом фоне начались разговоры о запрете иностранцам и одиноким отцам пользоваться услугами суррогатных матерей в России. Вот мне и хотелось узнать какую позицию будут «двигать» создатели «Контейнера» - как-никак, платформы пока считаются территорией свободы самовыражения (по сравнению с федеральными телеканалами) и оригинальные сериалы, изначально снятые для платформ, ориентированы на более молодую и менее консервативную аудиторию (своих платных подписчиков). Тому примером являются и «Содержанки», и «Хрустальный», и любимейший мой «Чики». Суррогатное материнство – тема для сериала благодатная еще и потому, что в массе своей люди по-прежнему смутно представляют себе «техническую сторону вопроса», что , отчасти, порождает и различные предубеждения как по поводу родителей, воспользовавшихся данной процедурой, так и по поводу самих сурмам.
Ну и, дорогие мои, вынуждена констатировать, что «Контейнер» не только не повышает грамотность зрителя в этой теме и не разрушает стереотипы восприятия, но наоборот – сели на эти самые стереотипы и поехали. А отдельно взятые эпизоды его наводят на мысль, что создатели и сами «матчасть не выучили», какое там еще зрителя просвещать. То есть пошли по пути «торговля детьми, какой ужас» - а ведь с таким актерским составом могли бы себе позволить на такую важную тему , как рождение новой жизни, поговорить не на уровне «очередная богатая «ну вы поняли» ляльку себе купила».
Казалось бы – даже с учетом того, что создатели «пропустили» самое начало «процесса» - а именно то, что происходит с биологическими родителями и сурмамой на стадии подготовки к беременности – в принципе можно было бы хотя бы в диалогах ее коснуться. Но в этом случае широко растиражированный сюжет о холодной, амбициозной стерве, прошедшей по трупам ( практически буквально) дабы захомутать себе ресурсного мужика и теперь вот еще и желающей «застолбить» свое положение через ребенка, пришлось бы, мягко говоря, подкорректировать. Ну если ты сначала проходишь курс гормональной терапии (возможно, совсем не раз) дабы получить качественную яйцеклетку – а терапию эту отнюдь не все легко переносят, это и для организма испытание и для нервной системы. Потом эмбриологи колдуют над процедурой ЭКО (успех которой тоже совсем не гарантирован), потом – если процедура прошла успешно – сурмаме ( заранее отобранной – а отбор тоже отдельная нервная встряска) подсаживают эмбрион. И на этой стадии эмбрион может не прижиться ! И это не столько про деньги (хотя все это стоит денег), я про эмоциональную сторону вопроса. Часто- процедуру «подсадки» надо повторить не один раз, а это значит, что у тебя и эмбрионов должно быть достаточно – или проходи гормональную терапию сначала! Вот такой вот путь в биологические мамы ребенка – он легкий? На него вступит «богатая дамочка, не желающая фигуру портить беременностью» - как очень часто можно услышать в контексте обсуждения «заказчиков»? Ну если у нее уровень интеллекта, не позволяющий оценить риск для здоровья от гормональной терапии и сравнить его с перспективой временно видоизмениться – то да, наверное. Но ведь в процессе гормональной терапии можно получить такой неуправляемый эмоциональный занос, что от тебя сбежит твой богатый с трудом заполученный престижный муж. Да, конечно, при естественном наступлении беременности гормоны тоже шалят, но вкупе с повторяющимися попытками, сбросами эмбрионов и постоянным беспокойством по поводу адекватного исполнения сурмамой своих обязанностей – кто-то рискнет-таки пойти на это «ради фигуры»?? В общем, вот это оптимистическое «вступление» в «Контейнере» опускается, а посему включается формула «богатые неблагородные эгоистичные неумные рублевские телки» заказывают себе «услугу суррогатки» (которая от заказа суши отличается только ценой), а «бедная благородная достойная женщина» честно старается эту услугу оказать, другое дело, что скелеты в ее шкафу весьма не вовремя вываливаются и ставят благополучное завершение операции под вопрос. При этом «богатая заказчица» не только пренебрегает условием анонимности в отношениях с сурмамой ( целью анонимности в реальной жизни является отнюдь не невмешательство в жизнь сурмамы со стороны заказчиков, а отсутствие прямого контакта между сурмамой и заказчиками дабы избежать ситуаций шантажа заказчиков со стороны сурмам), мнением по этому поводу мужа ( от которого материально зависит, ибо кто же в 21 веке женится на самостоятельных женщинах), но и – внимание – легко отказывается от еще не родившегося ребенка! А почему, может быть у него – не дай Бог – выявляется страшное заболевание? Нет, не угадали – потому, что сурмама оказывается замешана в преступлении! Ну тут я дар речи просто потеряла – «мне не нужен ребенок от ТАКОЙ». Это притом, что биологическая мать ребенка – она сама и ее муж, то есть все, что ребенок «получит» от сурматери – это ее утроба на период беременности! И все, что имеет значение в данном случае – это состояние ее здоровья и здоровый образ жизни сурмамы, а никак ни ее моральные качества! «Вот такое вот нам пишет сценарист». Это я уж не говорю о том, что в логике этой героини ребенок ей необходим – ибо кто же ей, такой корыстной акуле, гарантирует содержание – если она в случае развода даже ребенком из бывшего мужа алименты не выгрызет? Да, кстати, в результате этой эпопеи муж сам затребовал развода – ибо «вдруг понял» с какой бессердечной дамочкой свела его судьба. Здесь тоже «много логики в сценарии» - человек с большой карьерой, который не моргнув глазом отшивает недругов и шантажистов ( что требует не только контр-компромата, но и характера), почему-то в отношениях с «содержательной» женой становится безропотным и безгласным тюфячком, позволяющим супруге «заплывать за все возможные буйки» ( от выноса мозга всем и вся вплоть до криминальных подстав падчерице). Вишенкой на торт в данном сценарии безусловно, является мать Саши (Юлия Ауг) – которая будучи, вроде, интеллигентной женщиной, работающей в школе чуть ли не завучем, называет занятие своей дочери проституцией. Вот это вот самое «торгуешь детьми за деньги». Вот здесь, признаться, удивили опять сценаристы. В реальной жизни сурмамы, действительно, могут сталкиваться с негативным отношением и «непринятием» со стороны некоторых людей (родственники, соседи, знакомые), более того – часто негатив исходит от их мужей (мне доводилось слышать, что некоторые «заказчики» намеренно выбирают в сурмамы женщин без мужей – дабы эти мужья не трепали женщине нервы). Это отдельная тема – когда человек готов решить материальные проблемы семьи с помощью женщины, но при этом «принять» ситуацию и быть рядом с женщиной, вынашивающей чужого ребенка, оказывается испытанием для психики. Наверное, неприятие может и от матери исходить (здесь сценарно есть этому некоторое подкрепление), но все-таки перед нами учитель, современная вполне женщина и такое отношение с ее стороны выглядит трешово. Особенно с учетом того, что в отличие от бездуховных рублевских теток ( которые здесь показаны не просто злыми и неумными, но еще и не обремененными хорошими манерами – читай хабалками, особенно на «классовой почве» - в общении с многочисленным своим обслуживающим персоналом), дочь ее Саша являет нам чувство собственного достоинства и манеры, достойные английского двора. А ее, вообще-то, вот эта самая мама воспитала.
Есть и еще один существенный момент – «образ посредника», то есть клиники, которая, собственно, «свела» главных героев. И образ этот, усилиями сценаристов, не вызывает доверия. Например – легко выдает «заказчице» персональные данные сурмамы, тем самым ее деанонимизируя (сегодняшним языком говоря), то есть нарушает закон «на раз два» под предлогом «с влиятельными не спорь» - чем подставляют сурмаму. Но и заказчикам не стоит расслабляться – как, интересно, клиника проверяла кандидатуру сурмамы-Саши? Дело в том, что в сурмамы берут женщин не только с хорошими показателями по здоровью (есть стандарты проверки, за это отвечает клиника), но и имеющие собственных детей! Это чрезвычайно важное условие с психологической точки зрения, так как женщине предстоит отдать ребенка – да, биологически не своего, но тем не менее. У имеющей собственных детей женщины и денежная мотивация, и психологическая привязка направлена все-таки на родных детей – и считается, что процесс отказа от выношенного ребенка «заказчиков» пройдет для нее эмоционально легче. А в данном случае – каким образом юридически ранее не рожавшая Саша могла попасть в сурмамы? Очевидно – по «недосмотру» или, опять же, нарушению правил клиникой. То есть если весь процесс стоит заказчикам плюс минус 2.5 млн рублей (сейчас, полагаю, гораздо выше – инфляция, импортные препараты и проч), в стоимость включена доля клиники за организацию процесса (медицинского) и подбора сурмамы – и эта доля весьма немаленькая, и, в версии авторов сериала, клиника никому ничего не гарантирует. Причем, даже не на стадии медицинского процесса ( где итак полно рисков и сложностей безотносительно качества медицинских услуг), а уже на стадии юридических моментов. Ибо одно дело – на семинарах красивые слова о «зарождении новой жизни» презентовать (надеюсь, в реальной жизни на подобных семинарах клиники, все же, до такого пафоса оптом и в розницу не доходят), а другое – соблюдать стандарты качества.
Финал у сериала (не буду уж тут спойлерить) «подвешенный» - причем даже не с запасом «на следующий сезон», а «нагнетающий» драматизма, мол, в чьи руки попадает новая жизнь. Как будто в ситуации с классическими родами так вопрос не стоит. Хотя логично бы было предположить, что если к финалу «не все герои оказались муляжами человеческими», то, собственно, и финал – в моем понимании – вполне себе повод продолжить в том же духе. Но это уже «рейтинг решит».
В общем, с точки зрения освещения темы суррогатного материнства «Контейнер» прорывным точно не является. Более того – социально это по-прежнему изображается с позиции «игрушки для богатых» - это притом, что вокруг этой темы есть такое количество спорного и дискуссионного, что – казалось бы – от банальной парадигмы «плохих богатых» и «обманутых бедных» давно можно было отойти. Например – «возрастное» родительство (папы в 80+, мамы в 50+), родительство без одного из родителей (когда в качестве биоматериала одного из родителей используется биоматериал донора, и этот донор не «подменяет» собой другого родителя, которого в принципе нет (то есть дети, у которых прочерк в графе «мать» или «отец»), родительство для ЛГБТ, криминал разной степени тяжести вокруг этой темы, запреты и ограничения в области суррогатного материнства в других странах, юридические риски и психологические аспекты. Да и наиболее распространенная тема для дискуссий - а морально ли зарабатывать на деторождении или не может быть ничего аморального в зарабатывании денег законным путем, в конце концов, какую альтернативу зарабатывающим таким способом женщинам предлагают сторонники запрещения? Ничего этого «Контейнер» не затрагивает. Ну что ж, возможно это заинтересует другую платформу.
Если же оценивать «Контейнер» как психологическую драму – тут можно сказать, что актерская игра вполне качественная. Акиньшина ожидаемо хороша своей естественностью, Юлия Ауг – вообще большой мастер, умеющий даже из «роли второго плана» сделать отличную работу, но здесь, надо сказать, с оговоркой на предоставленные сценарием возможности (которых здесь явно немного). А вот впрямую заложниками давно протоптанных сценарных троп становятся, конечно, Мария Фомина и Филипп Янковский. Злодейка и введенный ею во временное заблуждение «плохой хороший человек». Почему создателям сериала не пришло в голову, что услугами суррогатных матерей могут пользоваться и люди, не имеющие «сверхдоходов» ( а такие есть), которые упорно копят на это ( как многие копят на первый взнос по ипотеке) – не понятно. Видимо, потому, что подобные истории опять выпадают за рамки стереотипов типа «ну конечно, Галкин-то с Пугачевой в замке живут».
Впрочем, пока в платформенном бизнесе рейтинг имеет значение. А, значит, у зрителя есть надежда дождаться продукта более сложного и небанального.