В самом начале 1935 г. возникло так называемое «кремлевское дело». Оно было инициировано заместителем председателя правления Внешторгбанка СССР А.С. Сванидзе (брат первой жены Сталина). В его записке, написанной в конце 1934 г., утверждалось, что комендант Кремля Р.А. Петерсон совместно с секретарем ЦИК СССР А.С. Енукидзе и при поддержке командующего войсками Московского военного округа А.И. Корка, из-за «полного расхождения со Сталиным по вопросам внутренней и внешней политики» составили заговор с целью отстранения от власти Сталина и его команды. В результате начавшегося расследования Енукидзе был снят с высокого поста. В постановлении Политбюро «Об аппарате ЦИК СССР и тов. Енукидзе» (апрель 1935 г.) отмечалось, что действительные мотивы его перемещения «на меньшую работу» не могли быть объявлены официально, «поскольку их опубликование могло дискредитировать высший орган советской власти».
Окружение Енукидзе обвинялось в распространении «клеветы о товарище Сталине». Здесь активно обсуждалась версия о неестественной смерти его жены — о том, что самоубийство, а возможно, убийство Н. Аллилуевой было вызвано ее несогласием с проводимым в стране политическим курсом. Вопреки официальной трактовке смерти Кирова утверждалось, что убийство не носит политического характера, а является результатом личной мести. В результате «дела» на работе в Кремле из 107 работников секретариата осталось только 9 человек. Остальные в большей своей части были репрессированы. А.С. Енукидзе расстрелян в 1937 г.
«Кремлевское дело» отразило разочарование политикой Сталина значительной части революционеров ленинского призыва, не связанных ранее ни с какими оппозициями, в частности его явной «изменой» идее мировой революции, выразившейся во вступлении СССР в буржуазную Лигу Наций. «Дело» усиливало опасения Сталина возможностью образования альянса участников всех прежних оппозиционных течений и новых антисталинских группировок. Оно укрепило вождя в необходимости физического устранения разного рода оппозиционеров, включая старых революционеров. В июне 1935 г. ЦИК принял постановление «О ликвидации Общества бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев» (2,7 тыс. членов). В мае 1935 г. было ликвидировано «Общество старых большевиков» (ОСБ), в котором состояли 3,3 тыс. членов.
Численность ОСБ: 64 человека (1922), свыше 2 тысяч человек (1934) с дореволюционным авртийным стажем. Руководящие органы: бюро (1922–1931), Центральный совет, избиравший из своего состава постоянно действующий президиум (1931–1935). Председатели ОСБ: М.С. Ольминский (с 1922), Е.М. Ярославский (с 1931). В республиках, краях, областях, крупных городах существовали филиалы (отделения) общества. В 1925–1934 гг. из Общества по разным причинам, в основном политическим, были исключены более тысячи членов. К примеру, Л.Д. Троцкий, Г.Е. Зиновьев, Л.П. Серебряков исключены из Общества 1 ноября 1927 г. (Шрамко С. Их звали старые большевики. Состав Всесоюзного общества старых большевиков по данным на 1 января 1933 г. URL: http://www.proza.ru/2014/11/20/1201).
Новым толчком к репрессиям могла послужить изданная летом 1936 г. книга Л.Д. Троцкого «Что такое СССР и куда он идет?» («Преданная революция»). В ней не только развивалась тема о «бюрократическом абсолютизме» в СССР, но и содержался открытый призыв к советской секции Четвертого Интернационала и ко всем оппозиционерам в ВКП (б) (20–30 тыс. человек, по оценке Троцкого) начать революцию против сталинского режима. «Снять бюрократию, — писал он, — можно только революционной силой и, как всегда, с тем меньшими жертвами, чем смелее и решительнее будет наступление».
«Троцкистско-зиновьевский центр». 19–24 августа 1936 г. советская и мировая общественность были шокированы публичным процессом над крупнейшими деятелями ВКП (б) и Советского государства по делу о так называемом «антисоветском объединенном троцкистско-зиновьевском центре». По версии следствия, центр был создан и действовал в СССР по инициативе Л.Д. Троцкого с осени 1932 г.
К уголовной ответственности привлечены Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев, Г.Е. Евдокимов (секретарь ЦК партии в 1926 г.), И.П. Бакаев (член ЦКК в 1925–1927 гг.), С.В. Мрачковский (командующий Приуральским, затем Западно-Сибирским военными округами в 1920–1925 гг.), В.А. Тер-Ваганян (секретарь Московского комитета РСДРП(б) в 1917 г., ответственный редактор журнала «Под знаменем марксизма» в 1922–1923 гг.), И.Н. Смирнов (нарком почт и телеграфа в 1923–1927 гг.), И.И. Рейнгольд (заместитель наркома земледелия до декабря 1934 г.), Р.В. Пикель (в прошлом заведующий секретариатом председателя ИККИ), Е.А. Дрейцер (комиссар дивизии в годы Гражданской войны, накануне ареста — заместитель директора завода «Магнезит» в Челябинской области), Э.С. Гольцман (сотрудник Наркомата внешней торговли), а также члены Германской компартии И.-Д.И. Круглянский, В.П. Ольберг, К.Б. Берман, М.И. и Н.Л. Лурье, прибывшие в СССР в начале 1930-х гг. якобы по заданию Троцкого с целью совершения террористических актов. Отправной точкой расследования стало найденное у Гольцмана письмо Троцкого с призывом убрать с пути Сталина. Подсудимым вменялись в вину подготовка и осуществление террористического акта против Кирова, подготовка покушения на Сталина и лиц из его ближайшего окружения. Все 16 подсудимых приговорены к расстрелу.
§ 2. Индустриализация
Строительство новых предприятий.См. таблицу 8. Основой первого пятилетнего плана стала обширная строительная программа. Новое строительство поглотило безработицу (1365 тыс. человек, на 1 октября 1928 г.) и аграрное перенаселение (около 9 млн человек по оценкам на середину 1920-х гг.). В 1931 г. была закрыта биржа труда и торжественно провозглашено отсутствие и недопущение впредь безработицы. С 1927 по 1930 г. в СССР сдано в эксплуатацию 323 новых предприятия. В одном только 1931 г. введено в строй 518 первенцев отечественной индустрии (по одному-два в день). Создавались новейшие по тем временам промышленные комбинаты с десятками производств — автомобильные и тракторные, заводы тяжелого машиностроения, электростанции, металлургические и химические комбинаты. Однако удвоения и утроения темпов промышленного развития (по сравнению с запланированными) не получилось. Реальные показатели производства:
Искусственное взвинчивание темпов роста промышленности привело к серьезному нарушению баланса между отраслями. Распыление ресурсов на строительство не предусмотренных планом объектов не могло быть компенсировано только энтузиазмом строителей нового общества. Новостройки создавались в тяжелейших условиях: не хватало механизмов, строительных материалов, инженеров и техников. Однако большевикам удалось создать обстановку вдохновенного труда. Строители, мечтавшие через четыре года преобразить новостройки в «город-сад», жили в наскоро построенных бараках и землянках, скудно питались, не имели подобающей одежды. Почти каждый индустриальный центр имел район трущоб, называемый «шанхаем». Уровень материального благосостояния рабочих и служащих оставался низким. В 1933 г. средняя зарплата рабочего составляла 125 рублей. Цены в коммерческих магазинах (где продукты можно было купить без карточек): хлеб пшеничный за 1 кг — 4 руб., мясо — 16–18 руб., колбаса — 25 руб., масло сливочное — 40–45 руб. Материальные трудности испытывали не только рядовые труженики, но и «номенклатура». Хрущев писал: «В 1913 г. я лично (в то время квалифицированный рабочий. — Авт.) был обеспечен материально лучше, чем в 1932 г., когда работал вторым секретарем Московского комитета партии». Тем не менее, новые заводы строились в невиданно короткие сроки. В июне 1930 г. введен в действие Сталинградский тракторный завод, построенный за 11 месяцев, в январе 1932 г. опубликован рапорт о вводе в строй Нижегородского автомобильного завода, построенного и смонтированного за 17 месяцев.
Освоение предприятий. Большой проблемой оказалось освоение новых предприятий. За пятилетку численность рабочих в стране более чем удвоилась (в 1928 г. в промышленности, строительстве и на транспорте было 4,6 млн рабочих, в 1932 г. — 10 млн), но многим из них катастрофически не хватало квалификации: вчерашние строители и землепашцы с трудом осваивались с непривычной заводской техникой. Запускать новые предприятия помогали специалисты из других стран. Немаловажное значение имели вновь используемые материальные стимулы (индивидуально-целевая оплата труда, премии за сэкономленное сырье, материалы, инструменты). Впоследствии возобновилось движение хозрасчетных бригад, поощрялся труд ударников; обеспечивалась поддержка движению за передачу передовыми рабочими своего опыта молодежи и отстающим, названному изотовским по имени зачинателя — донецкого шахтера Н.А. Изотова.
Индустриализации СССР «помогал» совпавший с советской пятилеткой мировой экономический кризис, начавшийся в «черный четверг» 24 октября 1929 г. обвалом курса акций на нью-йоркском рынке ценных бумаг. Кризис длился до 1933 г., когда падение производства несколько приостановилось, и он перешел в фазу депрессии. В условиях кризиса запреты на продажу стратегических товаров было трудно контролировать, Советский Союз имел практическую возможность закупать оборудование, приглашать на работу специалистов и квалифицированных рабочих. В 1924 г. в СССР работало только 23 иностранных инженера и техника. В 1932 г. здесь трудились уже 9190 инженеров и техников, а также 10 655 квалифицированных рабочих. Всего же в программе индустриализации принимали участие около 30 тыс. иностранных инженеров, мастеров и рабочих.
Иноспецы. Иностранные специалисты (иноспецы) приглашались в СССР в соответствии с постановлением СНК СССР «О привлечении специалистов из-за границы» (15.02.1927) и Политбюро ЦК ВКП (б) — «О привлечении иностранных специалистов» (02.08.1928). С 1929 г. в СССР работало Центральное бюро иностранной консультации при Строительном комитете ВСНХ. С 1930 г. главным консультантом советского правительства по промышленному строительству была фирма Альберта Кана из Детройта (США). Ее стараниями было спроектировано более пятисот крупных промышленных объектов (тракторные заводы в Челябинске и Харькове; автомобильные — в Москве и Горьком, станкостроительные в Калуге и Новосибирске, прокатные станы в Магнитогорске и Нижнем Тагиле, подшипниковый завод в Москве, Волховский алюминиевый завод и др.). Крупнейший тракторный завод построили для СССР под Чикаго, потом его демонтировали и перевезли в Сталинград, где он и был запущен всего через полгода. Советская автомобильная и тракторная промышленность СССР многим обязана Генри Форду и специалистам основанной им компании «Форд мотор». С их помощью налаживалось производство первого серийного советского трактора «Фордзон-Путиловец» (1923), а в годы 1-й пятилетки строился Горьковский и реконструировался Московский автозавод, готовился персонал для заводов. С начала индустриализации в СССР часто бывал известный американский строитель гидросооружений Хью Купер. Он был главным консультантом проекта с американской стороны при строительстве Днепрогэса, присутствовал на торжествах при его запуске (10.10.1932), был в числе первых иностранных граждан, награжденных орденом Трудового Красного Знамени. Среди иноспецов в годы 1-й пятилетки преобладали инженеры и спецы-строители, позднее приглашали больше технарей и эксплуатационников, в том числе первоклассных рабочих. После 1933 г. расширился поток политэмигрантов. Рабочие специальности многие из них приобретали на курсах шоферов, слесарей и т. п. Основная масса иностранных специалистов покинула Советский Союз к исходу 1938 г.