Наверное, все уже в курсе конфликта белорусской актрисы Александры Бортич с водителем Яндекс.Такси Сергеем Захаровым. Если в двух словах, то у каждой стороны есть своя версия происходившего в салоне автомобиля, каждая из которых сводится к одному знаменателю – пассажир, Александра Бортич, покинула автомобиль не дожидаясь окончания поездки.
После данного инцидента, пассажир такси Александра Бортич, в соответствии с возможностями агрегатора по заказу такси, написала претензию в адрес сервиса. В то же время, понимая к чему может идти речь, водитель такси также воспользовался своим правом поделиться обстоятельствами произошедшего, и направил свою версию ситуации в сервис с пометкой «Конфликт».
Тем не менее, фактически без проведения разбирательств по делу и даже без попытки выслушать мнение водителя, его профиль в сервисе был заблокирован, дословно, «по жалобе клиентов и за нарушение стандартов». Причем по времени это произошло около полуночи, во время того, как он совершал очередную поездку по заказу.
В целом, ситуация достаточно простая и понятная, учитывая, что в ряде сфер сервисы услуг работают по принципу «клиент всегда прав». Но для нас конечно же, наиболее интересным выглядит сам механизм принятия решения.
Есть мнение, что в данной ситуации, как и в ряде других, решение принимал Алгоритм, который фактически является одной из вариаций системы Искусственного Интеллекта. И если в данном случае это действительно так, то получается, что компьютер, в нашем случае вариация ИИ, принял безапелляционное решение, ущемляющее права человека. И если, проводя аналогии, такого типа решения выглядят логичными при вынесении административных штрафов за фиксацию нарушения ПДД посредством камер, но даже при таких, казалось бы, максимально понятных условиях, человек все равно имеет право опротестовать такое решение. А в случае с агрегатором такси – возможности опротестовать решение алгоритма по-видимому нет.
И получается, что цифровые технологии уже настолько шагнули вперед, что, казалось бы, банальный вопрос работы агрегатора такси превращается в футуристичное обсуждение прав людей и роботов и вопрос их взаимодействия между собой