Если наполнитель или другой полицейский упускают момент, они никогда не смогут доказать, что деньги просто не выпали из кармана. Найти у него бумажник всего через несколько секунд было практически невозможно: он либо быстро кладет деньги в карман и избавляется от них, либо передает их товарищу в толпе, который небрежно уходит. Вор может даже старательно помогать жертве искать их деньги. И если его все-таки заподозрят, в игру вступят артистические приемы карманника, который начинает излишне симулировать негодование. После обыска денег, конечно, не нашли. Вот почему полиция в царской России часто в качестве меры пресечения задерживала карманников. Единственное, что они действительно могли сделать, - это изгнать этого человека из города, но от этого было мало толку, поскольку его озабоченность легко позволяла ему «путешествовать» повсюду.
Некоторых наверняка поймали с поличным. Брейтман описывает, как детектив однажды задержал печально известную карманницу-женщину - Анютку-Ведму («Ведьма Анюта»). Один из петербургских театров однажды стал ареной четырех ограблений за один вечер. Детективы были в полном замешательстве, когда искали карманника-мужчину. В какой-то момент один из них заметил пожилую женщину, которая подозрительно спешила пробираться сквозь толпу.
«Он увидел, что дама сунула руку в карман джентльмена поблизости. Обрадованный детектив тут же схватил вора за руку и, не отпуская, сунул в карман мужчины. Затем джентльмен напал на детектива, громко провозгласив: «Твоя рука в моем кармане!». «Приношу свои извинения, сэр», - ответил детектив. «Пожалуйста, осмотрите мои руки». Присмотревшись, джентльмен увидел, что рука детектива ... сжимает руку хорошо одетой дамы, тщетно пытающейся освободить свое запястье. 'Ой! Мадам!' была единственная фраза, которую мог произнести изумленный джентльмен.