Модильяни о Венеции:
"Венеция — голова Медузы с бесчисленными синими змеями, аквамариновый гигантский глаз, в котором душа растворяется и возносится в бесконечность».
Красиво!
Любитель вина и гашиша Модильяни говорил, ухмыляясь, что прежде чем написать портрет женщины, нужно хотя бы раз с ней переспать. «А как бы я иначе смог изобразить загадочные ритмы женского тела? Чувственность в живописи так же необходима, как кисть и краски, без нее портреты получаются вялыми и безжизненными».
О нем говорили, что всё было ему к лицу, даже абсолютная бедность. О нем говорили, что он был проклятым («моди» — проклятый), что он был лунатиком, который жил в своем мире и воспринимал лишь искаженную реальность. Он писал с раннего утра до поздней ночи, не замечая, как течет время и что происходит за окном. Для него не было ни жизни, ни смерти, он был неуязвим, потому каждую секунду мог сорваться. Ахматова говорила, что Модильяни всегда был окружен плотным кольцом одиночества, даже когда находился в толпе, тепло приветствовавшей его. Работы Модильяни, восхваляющие красоту человеческого тела, его изящество и хрупкость, стали известными на весь мир после смерти художника.
Слава пришла к нему об руку со смертью, сделав художника и его верную возлюбленную бессмертными.
Обратная сторона славы. Поэтов и писателей растащат на цитаты, а с художников будут копировать богемную жизнь.
Так что аккуратно копировать с Модильяни.