Итак, отправились мы с дочкой в Кирилло-Белозерский монастырь. Из Череповца нужно было сесть на автобус и ехать, ехать и ехать… Через три часа автобус подвез нас к речке с переправой и вскоре подошел паром, на котором мы добрались до монастыря. Хотелось отдохнуть после длинной дороги. Поэтому мы стали искать игумена, чтобы он помог нам устроиться как-нибудь.
В действующей церкви мы увидели иеромонаха с длинными вьющимися волосами и очень дружелюбным лицом. Нам он показался человеком среднего возраста. Но мы так и не поняли сколько ему лет.Он дружелюбно нас встретил. Расспросил о цели приезда, сказал, где у них есть деревянный домик, выполняющий роль гостиницы для паломников.
В домике уже жили ребята-подростки из детдома Вологды. С ними приехала их воспитательница. Ребята оказались очень отзывчивыми людьми и мы вскоре подружились с ними.
Комната для всех остальных нам понравилась: где спать – есть, стол есть, печка есть, даже можно поставить электрический чайник с дороги. Нам больше ничего и не надо. Мы устали очень и расположились отдохнуть , чтобы наутро отправиться на литургию.
Начинать надо со службы. Утром мы подошли к огромным воротам , расписанным фресками Дионисия, долго рассматривали их и сожалели, что некому их реставрировать. Потом по дорожке, мощеной крупным булыжником прошли в церковь, где уже началась служба. Мы внимательно рассмотрели старинные иконы, особенно большой оказалась икона Святого Николая Чудотворца, подошли поклониться раке Святого Кирилла Белозерского, над которой висела зажженная лампадка. На душе становилось все лучше и лучше. Вот закончилась литургия, мы причастились Святых Тайн и остались на молебен.
Фрески Дионисия:
Молебен был у отца Кирилла особенный, просительный соединялся с благодарственным, освящалась вода.
Отец Кирилл, серб по национальности, совмещал все должности в монастыре. Он всегда последний приходил в столовую и иногда, заглянув в котел с неизменным гороховым супом, который он опять пропустил, переходил ко второму, если оно было и так далее.
Гороховый суп в монастыре был изумительный, хотя в нем не плавало мясо. Потом мы стали оставлять вечно опаздывающему к обеду о.Кириллу гороховый суп. Изысков не было, но все удивительно вкусно, даже простой черный хлеб. Отец Кирилл умудрялся накормить приезжих паломников, которые группами иногда наведывались в монастырь. Ничего ни для кого он не жалел.
Однажды кто-то из насельников провел нам экскурсию по территории монастыря. Хотя мы хорошо уже знали где что находится, но исторически в храмах и святынях монастыря совершенно не разбирались. Мы знали келию Кирилла Белозерского на холмике, маленькую хижинку с зарешеченными окнами, куда мы часто заглядывали. Хотелось узнать как же жил святой Кирилл в такой маленькой келийке, что у него там стояло, но ремонт мешал разглядеть что-либо. Хотелось узнать как же жил святой Кирилл в такой маленькой келийке, что у него там стояло, но ремонт мешал разглядеть что-либо.
Келлия Святого Преподобного Кирилла Белозерского:
Недалеко от келии находился еще один старинный храм с высокой башней.
Туда мы заходили часто, рассматривали иконы. Почему-то там стоял гроб. «Пусть это вас не смущает, - говорил отец Кирилл и почему-то краснел при этом, - я его уберу. На престольный праздник здесь соберутся гости, надо все привести в порядок».
Наш экскурсовод провел нас на второй ярус Кремля и что-то рассказывал об истории построения монастыря, но мы открывшемуся с анфилады виду на озеро и почти не слушали рассказ.
Напротив действующей церкви находился музей фресок Дионисия. Сюда-то и приезжали паломники и любители старинных икон. Атмосфера на территории монастыря была особенная, духовная: на душе хорошо и ладно: служба, водосвятный молебен, деревянная гостиница, где ты сам себе хозяин, маленький городок вокруг. Иногда мы отлучались в город, чтобы купить вологодских молочных продуктов, белого хлеба, сладкого, но часто ходить было некогда, так как все, кто мог ходили на службы и работали на кухне или по благоустройству монастыря и день переполнялся впечатлениями, а тело – усталостью.
В монастыре проживало немного народа и все чем-то занимались. Вспоминается замечательный шофер Павел, водивший служебную маленькую машину о.Кирилла.
Именно Павел, бывший ветеран Афганистана, согласился отвезти дочку на гору Мауру, где находится удивительный камень с отпечатком стопы Святого Кирилла Белозерского:
Говорят один хороший человек притягивает все добро и хорошее. Трудно найти слова, чтобы описать о.Кирилла и его замечательное окружение – все естественно, просто и невыразимо мило душе. Печать истинности, скромной простоты, любви на всю жизнь осталась в наших душах. Не хотелось прощаться с о.Кириллом, церковкой, ракой Кирилла Белозерского, но надо было ехать домой.
Во второй наш приезд в Кирилло-Белозерский монастырь мы сразу же бросились к раке святого Кирилла, но вдруг увидели, что лампадка, которая всегда спокойно горела над ракой, качается в безветренную погоду и атмосфера вокруг накаляется, предупреждает о наступлении плохих времен. И действительно мы вскоре узнали, что в Кирилло-Белозерском монастыре новый игумен, совсем другой по характеру и ехать туда бессмысленно.
А однажды мы увидели, как иконка Кирилла Белозерского плачет. Мы долго не могли в это поверить, но так ее и оставили. Вскоре начались в нашей семье тяжелые времена…