Дорога была длинная, Тюфик внимательно слушал пассажира, о чудодейственной косметике, редких компонентах в составе, эксклюзивных формулах, премиальных упаковках, и о безумных скидках на все это чудо при покупке оптом. Нужно было потратить всего 10 тысяч рублей, а потом просто продать за 100 тысяч. Это же какая выручка!?
Осталось найти стартовый капитал. Но у него нет 10 тысяч. Тюфик заерзал. Или есть? Он почувствовал жжение в районе груди. В нагрудном кармане пиджака лежала дебитовая карта деда, на которую тот получает пенсию. А если…?
Тюфик нервничал, он чувствовал, что легкая выручка может ускользнуть из рук: «Нет, нельзя. Деньги чужие. Кроме того, Ворчун Петрович его ненавидит еще с тех пор, как Тюфик посватался к его дочке. Считает, что дочь достойна большего. Хотя она действительно достойна лучшей жизни (ему стало грустно и жалко себя). Но я же смогу ее обеспечить. А деньги верну с первой прибыли.»
Сетеван продолжал рассказывать что-то о системе мотиваций, о ступенях, когда можешь уже совсем не работать и получать деньги за других. Все это звучало как сказка.
В какой-то момент он отключился от разговора и стал мечтать, как их семья на эти легкие деньги поедет отдыхать. Вот они уже гуляют с Зимаидой по берегу моря, а теплые легкие набегающие волны ласкают их босые ноги. Они держатся за руки, как дети. Она поворачивает к нему голову слегка наклоняя и улыбается. В ее глазах отражается небо. И этот взгляд: такой родной, такой мягкий, полный нежности и любви.
Как же давно он не видел у нее этого взгляда…
Обратно Тюфик поехал уже домой.
…С несколькими коробками люксовой корейской косметики.
продолжение следует...