На фотокарточке, вложенной внутрь, были запечатлены темноволосый мужчина примерно моих лет и девушка — тонкий изгиб бровей, русые волосы... Рядом было еще одно фото, и с него мне щербато улыбался светловолосый мальчик лет шести - у него были ее глаза... И я вдруг почувствовал аромат персиков, такой знакомый и такой неожиданный в середине января. ...Её звали Лиля. И это имя соответствовало ей на все сто процентов. Она была такой же хрупкой, беззащитной и прекрасной, как цветок. Увидев ее, я обомлел: яркая улыбка, хрупкость телосложения, забавные кудряшки – все это так и манило меня. Она прямо-таки вызывала во мне желание защищать ее. — Добрый день! Вы, случайно, не знаете, где находиться сто третий кабинет? Оказывается, это звали меня. Обернувшись, я увидел девушку в узких брючках и наглухо застегнутой белой блузке. — Это на четвертом этаже, слева от библиотечных каталогов, — пояснил и тут же по ее лицу понял, что она понятия не имеет, где находятся эти самые каталоги. — А вы на каком курсе?
— Только на первом, — почему-то смутилась девушка, — То есть я полгода училась в другом городе, а потом сюда перевелась. — Тогда давайте проведу вам экскурсию по зданию. Мне как раз в каталоги надо. — Правда? — девушка вскинула на меня глаза и улыбнулась. — Спасибо... Внезапно я почувствовал, что уже жалею о том, что предложил секунду назад. Развернуться, убежать и навсегда выкинуть из головы эти узкие брючки, русые волосы и растерянный взгляд — вот о чем подумал в тот момент. Но в то же время я понял, что ее обворожительная улыбка трогает мое сердце. И ради такого я готов был не только поводить ее по зданию. В тот день я сидел на парах с совершенно отсутствующим видом, а на следующее утро, подкараулив новую знакомую в коридоре. Я решил не медлить и пригласил ее на свидание, она согласилась. После занятий в институте мы пошли в кинотеатр, а когда я проводил ее, на прощание она неловко обняла меня и очень не смело поцеловала в щеку.
Возвращаясь домой пешком, который был довольно далеко, я с радостным предвкушением думал о наступающих выходных, в которые мы договорились сходить погулять. Сейчас, спустя десять лет, понимаю, что тот вечер был самым счастливым за всю мою жизнь. С тех пор мы всегда были вместе, Лиля училась на экономическом, была самой выдающейся студенткой. Она любила учиться и была очень ответственной. И в ущерб всяким девчачьим делам вроде шопинга и посиделок с подругами посвящала мне. Мы часами бродили по парку, делясь своим нехитрым прошлым и представляли совместное будущее, цело- вались в подъездах, в которых пахло кошками. И в нашу первую проведенную ночь я понял, что по уши влюбился в нее. С хотел сделать ее смыслом моей жизни. Почти через год мы приняли решение расписаться. Жить нам было где: от дедушки в наследство досталась достойная квартира в спальном районе, и мы решили жить там. В тот момент стукнуло двадцать два. — Да, Костян, ты смелый мужик, однако, — недоверчиво покачал головой друг Серега. — У меня сколько было баб, а я до сих пор не нагулялся — в каждую новую влюбляюсь, и все будто в первый раз.. А ты вот решил с одной и на всю жизнь, даже не верится как-то. Она ведь первая у тебя? Мы сидели большой компанией на берегу озера, первое весеннее тепло выгнало нас из надоевших за зиму квартир. Лиля поехала к друзьям в город, где раньше училась, а я решил принять приглашение одногруппников выбраться на шашлыки. — Сережа, ну что ты вообще понимаешь, тебе пора уже стать серьезным и остепениться. А то так и будешь до старости кутить, — неожиданно в наш разговор влезла Лена и обратилась уже ко мне: — Костик, а сыграешь нам на гитаре? — Конечно, — кивнул и сделал глоток из бутылки, но пиво кислым комком застряло где-то на полдороге. Честно говоря, пить я никогда не умел. Тогда я первый раз напился в стельку — если, конечно, не считать школьного выпускного, когда впервые попробовал шампанское вперемешку с вискарем. Серегины слова застряли в моей голове острой рыбьей костью, и по дороге домой, тяжело опираясь на плечо Лены, с которой мы жили в одном доме, не мог успокоиться и за плетающимся языком твердил: — Лен, ну вот ты скажи, разве я не прав... Разве так не бывает — чтобы с одним человеком... и навсегда? Ленка молча соглашалась, а у губ был приятный солененький привкус. Не знаю, от кого узнала Лиля, да и не важно, ведь я и сам ей все рассказал бы лжи в отношениях не приемлю. На следующий день она пришла ко мне , чтобы забрать свои вещи, и глядя в её голубые глаза, я понял, что почувствовал капитан «Титаника», увидев на горизонте глыбу айсберга... А ещё подумал: больше никогда не смогу обнять, проснуться с ней, и не увижу, как тень от ресниц падает на ее щеки... Но самой большой моей ошибкой было решить, что все еще впереди. Мне всего двадцать два, не нагулялся и встречу на своем пути еще сотню таких. И вот сейчас, ровно десять лет спустя, вглядывался в фотографию, вложенную в мужской кошелек — кошелек мужчины, который был умнее меня, кошелек с чужим счастьем.
Лиля почти не изменилась: та же улыбка и прищур серо-голубых глаз, а еще — как бы мне ни хотелось убедить себя в обратном! — она счастлива. С этим мужчиной, с этим улыбчивым малышом она обрела то счастье, которое до сих пор безуспешно искал я... А может, уже навсегда упустил свой шанс на него? Я — один из тех мужчин, которых вы каждый день видите в метро, супер-маркетах, в шумных пабах за бокалом пива, У меня есть друзья, купленный в кредит «Опель» и доставшаяся от дедушки квартира. Я один из многих, но если вы случайно увидите меня в толпе, не верьте своим глазам: я пустая оболочка, иллюзия. Только одна девушка смогла разбудить во мне такие чувства, только она делала меня счастливой. Иногда ночью я вижу сон о том, как мы счастливо проводим время месте, как мы женимся, как она рожает нашего общего малыша. И я сразу просыпаюсь, резко хватая воздух руками и тяжело дыша, но на другой половине кровати — пусто. И тогда долго лежу без сна, пялясь в стенку и размышляя о том, что я далеко не такой, как все, потому что самый большой идиот.