Но он только улыбнулся и сказал:
«Махди в настоящее время осаждает Хартум, где обороняется генерал Гордон. Вы знаете, как далеко от Медине до Хартума?
- Понятия не имею.
«Примерно так далеко, как отсюда, до Сицилии», - пояснил г-н Тарковский.
«Более-менее», - подтвердил Стас. - Хартум - это место, где Белый и Голубой Нил встречаются, образуя единую реку. Нас отделяют от него необъятные просторы Египта и вся Нубия.
Затем он хотел добавить, что даже если бы Медине был ближе к странам, оккупированным восстанием, он был бы там со своей винтовкой, но, вспомнив, что отец не раз ругал его за такое хвастовство, он замолчал.
Однако пожилые джентльмены начали говорить о Махди и восстании, поскольку это было самым важным в Египте. Новости из Хартума были плохими. В течение полутора месяцев город осаждался дикими полчищами; правительства Египта и Англии не торопились. Облегчение только началось, и многие опасались, что, несмотря на славу, храбрость и навыки Гордона, этот важный город попадет в руки варваров. Такого же мнения придерживался г-н Тарковский, который подозревал, что Англия в душе желала, чтобы Махди забрал Судан у Египта, чтобы позже отобрать его у Махди и превратить эту огромную землю в английскую собственность. Однако г-н Тарковски не разделял этих подозрений с г-ном Роулинсоном, не желая оскорблять его патриотические чувства.
В конце обеда Стас начал спрашивать, почему египетское правительство захватило все страны к югу от Нубии, а именно Кордофан, Дарфур и Судан до Альберта-Нианзы, и лишило людей их свободы. Г-н Роулинсон решил объяснить ему это: по той причине, что все, что делало египетское правительство, было сделано по приказу Англии, которая расширила протекторат над Египтом [12] и фактически управляла им так, как она хотела.
«Египетское правительство не лишило там свободы ни у кого, - сказал он, - но вернуло ее сотням тысяч, возможно, миллионам людей». В последнее время в Кордофане, Дарфуре и Судане не было независимых государств. Только кое-где какой-то маленький правитель претендовал на права на некоторые земли и силой захватывал их против воли жителей. Однако по большей части они были населены независимыми племенами арабов-негров, то есть людьми, в которых была кровь обеих рас. Эти поколения жили в постоянной войне. Они нападали друг на друга и забирали лошадей, верблюдов, рогатый скот и, прежде всего, рабов. Было совершено много зверств. Но хуже всего были торговцы слоновой костью и работорговцами. Они составляли своего рода отдельный класс людей, к которому принадлежали почти все главы поколений и более богатые купцы. Они совершили вооруженные экспедиции далеко в Африку, разгребая клыки и захватывая тысячи людей: мужчин, женщин и детей. При этом они разрушали деревни и поселения, разоряли поля, проливали реки крови и безжалостно убивали всех сопротивляющихся. Южные берега Судана, Дарфур и Кордофан, а также страны, расположенные вдоль верхнего Нила до озер, - в некоторых районах почти полностью обезлюдели. Но арабские банды продвигались все дальше и дальше, так что вся Центральная Африка стала землей слез и крови. Что ж, Англия, которая, как вы знаете, преследует работорговцев по всему миру, согласилась чтобы египетское правительство взяло Кордофан, Дарфур и Судан, потому что это был единственный способ заставить этих грабителей отказаться от этой отвратительной торговли, и единственный способ держать их под контролем. Несчастные негры вздохнули, нападения и грабежи прекратились, и люди стали жить по какому закону. Но, конечно, такое положение дел не нравилось торговцам, поэтому, когда среди них оказался Мухаммед-Ахмед, теперь называемый Махди, который начал проповедовать священную войну под предлогом того, что истинная вера Мухаммеда в Египте терпит неудачу. , все они бросились к оружию как один человек. И вот, разгорелась эта ужасная война, которая, по крайней мере, до сих пор, идет очень плохо для египтян. Махди разгромил правительственные войска во всех боях, захватил Кордофан, Дарфур, Судан.