Будучи крайне охочим до всяких разных балетных артефактов, Кабриолев за годы жизни скопил у себя дома приличную их коллекцию, к великому сожалению, утраченную. А так бы она могла осчастливить любой театральный музей, и Вольдемар Альбертович до сих пор себе простить не может, что распорядился наследством неверно. Но, что сделано – то сделано, прошлого не воротишь, хорошо, что хотя бы в его воспоминаниях она останется, а чего там только не было! Значительную же часть коллекции составляли, как нетрудно догадаться, пуанты с дарственными подписями, которые занимали у него длинную стену большой комнаты – висели на гвоздиках по всей стене, так что обоев не видно было. Под каждой парой – имя, и они, как жалуется Кабриолев, собирали всю пыль в квартире! Домработница, пылесосом их вычищая, каждый раз требовала прибавки… Пара десятков пар мужских балеток хранились навалом в полке за стеклом, и с ними было куда как проще. Весьма обширная имелась подборка разных украшений, использовавшихся в костюм