Между прочим, еще в конце 50-х годов XIX века под Петербургом на Волковом поле производились испытания химических боеприпасов.

Бомбы от полупудового (152-мм) единорога снарядили цианистым какодилом. В одном из опытов такую бомбу взорвали в срубе, где находились двенадцать кошек, защищенных от осколков. Через несколько часов место взрыва посетила комиссия во главе с генерал-адъютантом Баранцевым. Все кошки неподвижно лежали на полу, глаза их слезились, но все были живы. Огорчившись этим фактом, Баранцев написал резолюцию, где говорилось, что химические боеприпасы применять невозможно ни сейчас, ни в будущем в силу того, что они не обладают убойным действием. Генерал-адъютанту не пришло в голову, что не всегда надо убивать противника. Иногда достаточно временно вывести его из строя или заставить бежать, бросив оружие. Видимо, в роду у генерала действительно были бараны. Нетрудно предположить эффект от массированного применения химических снарядов под Плевной. При отсутствии противогазов даже полевой артиллерии по силам заставить сдаться любую крепость.

Помимо всего сказанного, истинным бедствием для русской армии в этой войне стало нашествие титулованной саранчи. Перед началом войны главнокомандующий великий князь Николай Николаевич обратился с письмом к Александру II, в котором аргументировано доказывал нежелательность пребывания царя в армии, а также просил не посылать туда великих князей. Александр II ответил брату, что «предстоящий поход имеет религиозно-народный характер», и потому он «не может оставаться в Петербурге», но обещал в распоряжения главнокомандующего не вмешиваться. Царь собирался заняться награждением отличившихся военнослужащих, посещением раненых и больных. «Я буду братом милосердия», - закончил письмо Александр. Во второй просьбе он также отказал. Дескать, ввиду особого характера кампании, отсутствие в армии великих князей русское общество может понять как уклонение их от исполнения патриотического и военного долга. «Во всяком случае, - писал Александр И, - Саша [Цесаревич Александр Александрович, будущий царь Александр III], как будущий Император, не может не участвовать в походе, и я хоть этим путем надеюсь сделать из него человека».

Александр II все-таки поехал в армию. Там же оказались цесаревич, великие князья Алексей Александрович, Владимир Александрович, Сергей Александрович, Константин Константинович и другие. Все они лезли если не командовать, так советовать. Беда от царя и великих князей была не только в некомпетентных советах. С каждым из них ехала большая свита приближенных, лакеи, повара, собственная охрана и т.д. Вместе с императором в армии постоянно находились министры - военный, внутренних и иностранных дел, и регулярно наезжали другие министры. Пребывание царя в армии обошлось казне в полтора миллиона рублей. И дело не только в деньгах - на театре военных действий не было железных дорог. Армия испытывала постоянные перебои со снабжением, нехватало лошадей, волов, фуража, повозок и т.п. Ужасные дороги были забиты войсками и транспортом. Надо ли объяснять, какую сумятицу вносили тысячи лошадей и повозок, обслуживавшие царя и великих князей.