Как Средиземное море стало турецким озером

Как уже говорилось, Морское ведомство чересчур увлеклось постройкой броненосных кораблей береговой обороны. Все же к 1877 году Россия обладала довольно приемлемыми крейсерскими силами. Непосредственно перед войной в Атлантическом океане и частично в Средиземном море находилась крейсерская эскадра контр-адмирала Бутакова 2-го. В ее состав входили броненосный фрегат «Петропавловск» (20 - 8-дюймовых, 1 - 6-дюймовая пушка), небронированный фрегат «Светлана» (6 - 8-дюймовых, 6 - 6-дюймовых пушек), корветы «Богатырь» и «Аскольд» (по 8 - 6-дюймовых. 4 - 4-фунтовых пушки на каждом) и клипер «Крейсер» (3 - 6-дюймовых, 4 - 4-дюймовых пушки).

В Тихом океане находился отряд контр-адмирала Лузина в составе корвета «Баян», клиперов «Абрек», «Всадник», «Гайдамак» и четырех транспортов. На всех этих кораблях были установлены новые пушки образца 1867 г.

В Балтийском море находились броненосные фрегаты «Князь Пожарский» и «Севастополь», один небронированный фрегат, семь корветов и семь клиперов. В высокой степени готовности были достраивавшиеся на плаву броненосные фрегаты «Минин» и «Генерал-адмирал».

Этих трех десятков судов вполне бы хватило для крейсерской войны как в Средиземном море, так и Персидском заливе. «Петропавловск» и «Светлана» могли сражаться на равных с любым турецким броненосцем (за исключением «Мессудие»), но нужды искать встреч с боевыми кораблями султана не было. Достаточно было крейсерскими действиями парализовать внешнюю торговлю Турции. Бомбардировка с моря турецких городов на Средиземном море могла вызвать восстание греков на Кипре, арабов в Аравии и т.п. В этом случае русские крейсера могли бы доставлять оружие повстанцам и при необходимости поддерживать их огнем. Надо ли говорить, что Тихоокеанский отряд контр-адмирала Лузина мог наделать много шума на берегах Красного моря и Персидского залива.

Офицеры и матросы эскадр рвались в бой. 6 апреля 1877 года из порта Антверпен в Турцию вышел бельгийский пароход «Fanny David» с грузом крупповских орудий. Фрегат «Петропавловск» был готов перехватить пароход с военной контрабандой, но Морское ведомство прислало срочную телеграмму «о неудобстве подобного образа действий». А 29 апреля последовал приказ всем кораблям из Атлантики и Средиземного моря возвращаться в Кронштадт.

Тогда генерал-адмирал великий князь Константин Николаевич попросил разрешения у Александра II послать пару крейсеров хотя бы в Атлантику, в район Бреста. Ему ответил управляющий Морским министерством: «Государь не согласен на Ваше предложение, он опасается, чтобы оно не создало неприятностей и столкновений с англичанами по близкому соседству с Брестом». И это все происходило в тот момент, когда Англия была изолирована дипломатически. Она оказалась неспособной вмешаться в европейские войны 1858-70 гг. А все остальные государства Европы либо не хотели, либо не могли вести войну с Россией.

Поначалу Турция очень боялась русской Атлантической эскадры. Турки готовились начать минные постановки в районе Дарданелл. Переброска войск из Египта в Стамбул происходила только под конвоем броненосцев. Но вскоре страх сменился удивлением и смехом. Конвои отменили. Наконец к июлю 1877 года турецкая эскадра Гуссейна-паши в составе двух броненосцев и шести вооруженных пароходов, базировавшихся в порту Суда на Крите, начала охоту за русскими торговыми судами в Средиземном море. Турки не боялись «неудобства» и «неприятностей». Россия ответила на захваты своих судов… энергичными нотами протеста. Но Гуссейн-паша чихать хотел на словоблудие «железного» канцлера Горчакова.