Писательская судьба прихотлива, и память о писателе и его творчестве порой подвержена странным метаморфозам. Одного писателя при жизни никто не читает, и лишь спустя много лет его произведения вдруг находят путь к сердцам читателей. Другие же, горячо любимые и много и охотно читаемые вдруг, словно по прихоти какого-то недоброго литературного волшебника, оказываются почти полностью забыты.
Русский писатель Евгений Салиас-де-Турнемир, один из самых читаемых авторов в России девятнадцатого века, по стечению несчастливых обстоятельств попал во вторую категорию. А когда-то его имя было на устах любого читающего человека, а доброжелательные рецензии на его творчество писали самые известные критики и издатели — такие, как Огарев и Суворин.
Я сам узнал о графе Салиасе совсем случайно — его имя мельком упоминалось в романе Геннадия Гора «Изваяние», статью о котором я недавно опубликовал на канале. «Классик русской литературы Салиас», о котором я в жизни не слышал ни единого слова, меня заинтриговал и я полез копаться в интернете в поисках информации и — если повезет — книг, с которыми можно было бы ознакомиться.
Оказалось, что второстепенный персонаж Гора не врал и даже не преувеличивал — Евгения Салиаса действительно можно назвать классиком русского исторического романа. Его неполное (!) прижизненное собрание сочинений составило 33 тома. Надо ли говорить, что такие объемные собрания сочинений - привилегия только очень популярных авторов. Его произведения появляются на страницах самых популярных журналов того времени и в восьмидесятых-девяностых годах девятнадцатого века приносят ему вполне заслуженную славу «русского Дюма».
Практически во всех книгах Салиаса действие разворачивается в восемнадцатом-девятнадцатом веке в России. К этому историческому периоду Евгений Андреевич, по его собственному признанию всегда испытывал особую тягу, о нем и писал, хотя были у него и другие замыслы, к сожалению, так оставшиеся нереализованными. Например, он хотел написать большой научно-фантастический роман, действие которого должно было происходить где-нибудь в двадцать пятом веке. План такого романа был даже оговорен в издательском контракте. Как знать, может, если бы роман был написан, Салиас полчил бы еще и титул «русского Уэллса»…
Конечно же, я сам прочитал лишь очень небольшую часть его творчества. Во-первых, небольшой сборник «Андалузские легенды» - несколько очаровательных сказок и легенд, видимо, собранных или сочиненных Салиасом во время длительного путешествия по Испании. Пассажи в нем попадаются просто чудесные:
Подданных своих Мартын угощал на своем плаще и так приучил к своим привычкам много пить и есть и драться, что американцы и по сю пору не могут отвыкнуть от них.
Сто пятьдесят лет назад написано!
Другое произведение считается одним из самых сильных и удачных в творчестве Салиаса. Это роман «Мор на Москве» (другой вариант названия — просто «На Москве», посвященной московской эпидемии чумы в 1770-72 годах. Это уже не легкое развлекательное чтиво о «романтическом прошлом», а эпическое полотно бедствия, усиленного безответственностью властей и вылившееся в жестокий бунт отчаяния. Именно в этом романе во всей силе проявился талант Салиаса — умение отображать судьбы и психологию людей самых разных слоев на фоне всеобщей большой беды — от крепостных до князей и высших чиновников и священства. Причем власть предержащие, надо заметить, в отличие от большинства романов Салиаса, в «Море на Москве» выглядят, мягко говоря, не лучшим образом.
За тебя всё и все!.. За тебя норовы и обычаи! За тебя начальство! За тебя невежество и робость людская! За тебя и сам фельдмаршал, и вельможи-правители, и глупый народ. За тебя и его грязь, и его кабаки, и его вера слепая и дикая не в науку, а в судьбу... Да, все за тебя! Добрый уголок на земле ты себе выбрала теперь и пришла. Мы народ хлебосольный, гостеприимный, простодушный. Даже и чуму примем в распростертые объятия!..
К сожалению, чем дальше, тем хуже складывались отношения между Салиасом и крайне политизированным российскими литературными кругами конца девятнадцатого-начала двадцатого веков. Для левых он был слишком консервативен, для консерваторов — слишком либерален, для остальных — слишком аполитичен. Когда же в 1917 году власть сменилась радикально, Салиас оказался полностью вычеркнут из истории литературы — новых правтелей не устраивала, ни фамилия писателя, ни его происхождение, ни собственно его проза — еще бы, он осмеливался писать о дворянах и царских чиновниках как о людях, а не как о кровавых упырях!
Лишь в девяностые годы возродился интерес к его творчеству — вышло несколько переизданий самых популярных книг Салиаса, благодаря чему и у меня появилась возможность написать эту статью. Надеюсь, что кого-то я сумел заинтересовать, и у незаслуженно забытого «русского Дюма» появятся новые читатели.
#литература #русская классика #история #исторический роман #книги #писатели