21 октября, выступая в рамках Международного дискуссионного клуба «Валдай» в Сочи, президент России озвучил новую концепцию развития России – умеренный консерватизм, который, по его мнению, является самой разумной основой для политического курса страны в период, когда мир переживает цивилизационный кризис, а риски и опасности множатся.
По Путину такой консерватизм (якобы от Бердяева) позволяет реализовать принцип «не навреди» и последовательно двигаться вперед, не сваливаясь в хаос. Решил проверить, как толковал консерватизм религиозный философ, показалось сомнительным. Открыл «Философию неравенства. Письмо пятое. О консерватизме».
Мои опасения подтвердились. Бердяев сразу оговаривает рамки рассмотрения вопроса. Он пишет: «Я хочу говорить сейчас о консерватизме не как о политическом направлении и политической партии, а как об одном из вечных религиозных и онтологических начал человеческого общества». По существу бердяевский консерватизм – это нечто не от мира сего, то что составляет частицу души народа (одну из констант его менталитета).
Далее, не менее интересно: «если консерватизм существует лишь у власти, оторванной от народа и противоположной народу, в самом же народе его нет, то всё развитие народа делается болезненным. В консерватизме, как связи с вечностью, должна быть не только сила, но и правда, привлекающая сердце народное, обоснованная в его духовной жизни. Постылый и отталкивающий консерватизм бессилен, он может насиловать, но не может привлекать к себе и вести за собой.
И несчастна страна, в которой всякий консерватизм сделался постылым и насилующим. Когда консерватизм ассоциируется в народном сознании с препятствием для развития и с враждой к творчеству, то в стране готовится революция. Виновными в этом бывают и те консервативные силы, которые допустили в себе омертвение и окостенение, и те революционные силы, которые восстали на вечные начала, на непреходящие ценности и святыни».
Как после этого брать Бердяева в союзники? Скорее он противник Кремля в этом вопросе. Критики Путина это уловили. Они обратили внимание, что в трактовке Кремля «консерватизм» является отказом от планов «по вставанию с колен», от попыток построить «русский мир», а более всего напоминает «охранительство». Власть дает сигнал крупному российскому бизнесу о неизменности политико-экономической системы.
Критика Кремля
Но отказ от назревших перемен, ставка на мелочное улучшение модели не обеспечивающий рост означает, что Кремль смирился с ролью «последнего вагона» в западном поезде, движущемся в пропасть кризиса, и нашел для себя новое амплуа – спасителя традиционных ценностей. И в этой части «Россия готова к сотрудничеству» (Д.Песков), с той частью западных элит, которые разделяют данный подход.
Мало того, судя по дальнейшей риторике президента, Москва не против того, чтобы транснациональные корпорации взяли на себя заботы об экологии, работая для «блага всех людей». Как это соотнести с инвективами по поводу исчерпания капитализмом своих возможностей, наверное, не знает и сам оратор.
Свой путь
Однако подобная широта взглядов на глобальные проблемы позволяет некоторым аналитикам трактовать выступление президента в прямо противоположном ключе. В частности, некоторые эксперты заговорили, что столь жесткая критика капитализма говорит о готовности Кремля «идти своим путем», порвать, наконец, с либерально-монетаристскими установками.
Двойственность позиции Путина уловили и коммунисты. По Зюганову «мир в целом левеет, а российское правительство продолжает «ползти» по прежней вороватой колее». В результате ситуация в России может развиваться по двум сценариям: либо криминализация и фашизм, либо социализация и социализм.
Не сильно верят в путинский «образ будущего» и наши ближайшие соседи. Постсоветское пространство все более дистанцируется от Москвы. Уже и в Белоруссии и в Казахстане нарастают антирусские настроения. Там задаются вопросом, если вы такие умные, почему такие бедные? На это президент не отвечает.
Словом, кроме красивых слов нужны и действия. Умеренный консерватизм требует, прежде всего, зачистки сферы образования и культуры от либералов и смены экономического блока в правительстве. Остается подождать, в какую сторону двинется страна.