Ободрив девушку, занялся этой таинственной статуэткой. В истинном
виде она виделась подобием живого существа и имела собственную ауру,
переливающуюся, как мыльный пузырь на солнце, и окутывающую
молочно-белую сердцевину. Я никогда не встречал ничего подобного. И
почему-то был уверен, что моя догадка относительно древнего
происхождения этой вещицы верна, хотя золотистый металл и не потемнел от времени. Наклонившись, я осторожно прикоснулся к бронзовой фигурке и сквозь кожу перчаток ощутил пронизывающий холод. Аж рука начала неметь. Понятно, почему Ребекка так испугалась, – должно быть, холод действительно обжигает через тоненькие шелковые перчатки. Задумавшись на мгновение, я отказался от попыток уничтожить эту дрянь. Хватило мне и однажды разрушенной статуи. А здесь еще велика вероятность, что статуэтка действует как накопитель, собирая в себя поглощенные силы. Не хотелось бы, чтобы они высвободились при разрушении своего узилища и выжгли тут все. Поэтому, решительно ухватившись за бро