Некоторыми альтернативно зрячими историками принято отрицать не только наличие флота у монголов, но даже сам факт существования самих монголов. Ими также отрицаются и существование китайского и корейского флотов, и их достижения. Но есть архивные документы, например, самих японцев, которые подтверждают предпринятые попытки вторжения монголо-китайско-корейских объединённых флотов по захвату японских островов в XIII в. Понятно, что вдохновителями идеи и спонсорами выступали сами монголы, управлявшие тогда Китаем и Кореей. И корабли для этой военной экспансии строились на верфях Китая и Кореи.
Япония перед началом монгольского вторжения
К XIII в. японские императоры утратили свою власть и, уйдя в тень, уступили и власть, и влияние сёгуну. Сёгун до XII в. – это был только военачальник, которого выбирали на время войны из самурайских кланов. Но по прошествии некоторого времени сёгун стал олицетворять военного диктатора. А император при власти сёгуна становился уже чисто декоративной фигурой. Но в 1210-1221 гг. император Го-Тоба предпринял восстание против засилья сёгунов. Армия императора и его сторонников была разбита. По всему Киото (столица Японии) хватали сторонников императора, бросали в тюрьмы и казнили. Семья же правящего императора была отправлена в ссылку. Это всё произошло за пятьдесят лет до вторжения.
Япония, пользуясь большой водой, пребывала долгое время в безопасности. Все междоусобные баталии далеко с её островов не выходили. Страна была как бы в самоизоляции. А в соседних странах – Китае и Корее – множились слухи о невероятно богатой стране Восходящего солнца. И, конечно же, все эти слухи доходили до Юаньского императора Хубилай-хана. После того, как Китай и Корея оказались в его вассальном подчинении, после нескольких провальных дипломатических попыток подчинить себе японские берега он предпринял две военные экспедиции (1274 г. и 1281 г.). И обе эти попытки закончились для монголов неудачей.
Откуда информация о вторжениях?
Информация о предпринятых вторжениях сохранилась в Японских храмах и в канцелярии бакуфу (сёгунат), и не просто в виде каких-то свитков, а в прошениях, с доказательствами, перечисленными самураями. На японских миниатюрах того времени очень часто изображались подвиги японских смельчаков, атакующих вражеские суда и днём и ночью. Так, например, описывается случай, где тридцати японским храбрецам удалось средь бела дня вплавь добраться до монгольского корабля, перебраться на палубу, отрубить головы своим врагам и затем вернуться к своим. Дошли и имена самих ветеранов тех воинственных времён: Коно Митиари убил китайского капитана и взял в плен военачальника высокого ранга; Кусано Дзиро атаковал монгольский корабль, потерял в бою левую руку, но сжёг корабль и со своей командой захватил двадцать одну голову, что являлось подтверждением доблести. И таких случаев с подробными описаниями подвигов – множество.
У самураев был обычай требовать от сюзерена, в роли которого в данном случае и выступал бакуфу, уплаты за проявленную доблесть. Обычно, в таких случаях сёгун выделял самураям землю с крестьянами. Как и в других странах в средние века феодал защищал крестьянина, а крестьянин кормил феодала, в данном случае самурая. Но победа над монгольским флотом не привела к захвату новых территорий. Сама Япония плодородной землёй, пригодной для обработки крестьянами, очень бедна, но богата вулканами, горами и скалами. Поэтому все земли оказались уже давно поделены между кланами. Оставалось разве что изымать у «неблагонадёжных» самураев …
Но кроме сёгуна и императора была ещё одна значимая сила – японские монастыри. Нужно отдать должное японским монастырям: там, как и в китайских монастырях, с приходом буддизма готовили монахов, которые по своим боевым качествам не уступали самим самураям. Как и везде правящий класс на местах опирался в первую очередь на власть монастырей и буддистских жрецов. Поскольку сёгунат верил в божественное происхождение «Камикадзе», а монастыри требовали своей доли при раздаче земельных участков, если таковые найдутся, то последующие тридцать лет ознаменовались вознаграждениями в виде чрезмерных расходов на проведения религиозных служб. Недовольство среди самураев только росло, что в конечном итоге привело к междоусобным войнам. В Японии этот период назовут Сенгоку дзидай (воюющие провинции).
Монголы же надеялись на быструю и победоносную войну и в первом и во втором походах. И они никак не ожидали такого яростного сопротивления. Нужно отдать должное и монгольским воякам – они прошли многие битвы, знали вкус победы и были очень умелыми воинами-профессионалами. Всё для них сначала складывалось вполне удачно, если бы не тайфуны…
«Камикадзе» – Божественный ветер. Рождение легенды
12 августа 1281 г. объединённый монгольский флот предпринял одну из последних своих атак на японские позиции острова Кюсю. Японские дозорные береговых линий заметили круглые носы и складчатые паруса вражеского флота. Монголы попытались, как и раньше, высадиться на японский берег, однако встретили яростное сопротивление защищающихся.
По мере того, как приближался переломный момент компании, для японцев становилось всё более очевидным, что личного мужества для победы над врагом недостаточно, и вся нация приклонила колени моля богов о поражении монголов. Бывший император Камэяма в самый решающий миг обратился к основательнице своего рода и отправил посланца в Исэ просить божественной помощи у её императорской пра-матери Богини солнца Аматэрасу. Просьба была услышана. Вечером того самого дня, когда была вознесена молитва, 15 августа 1281 г. в небе появилось маленькое облачко. Оно росло и вскоре ещё до захода солнца плотная мгла опустилась на море, где дрейфовала монгольская армада. Затем поднялся ветер и его дикий вой стал слышен ещё до того, как он взбудоражил поверхность моря. Волны росли. Монгольские суда бешенно раскачивались, а ветер превратился в тайфун, который обрушивал на коробли массы воды, бросал их на скалы, сталкивал их между собой или просто сдувал с поверхности. Когда через три дня ветер стих и небо вновь прояснилось, то от армады юаньского императора осталась едва ли четверть первоначального состава: треть из сорока тысяч воинов корейской эскадры погибла, а из ста тысяч монголо-китайской – более половины. Высадившиеся на японский берег воины погибли или попали в японский плен. Об их печальной судьбе повествует Марко Поло: «Высадились на остров около тридцати тысяч человек, да и те думали, что погибли, и очень тосковали; сами уйти не могут, а уцелевшие суда уходят на родину».
После победы над монголами национальная гордость японцев возросла неимоверно. «Камикадзе» в буквальном смысле считали оружием, посланным с неба. И с тех пор «Божественный ветер» воспринимался, как символ божественной защиты Японии.
Читайте продолжение в статье «Археологические доказательства монгольского нашествия на Японию»
Спасибо, что дочитали до конца
Ставьте нравится и подписывайтесь, если вам историческая тема показалась интересной.
Также вам могут быть интересны другие статьи на моём канале.