Так начинал свой репортаж журналист «Петербургского листка» в номере от 28 ноября 1868 года:
«Интересно знать, какому именно архитектору пришла в голову идея окружить собор Спаса Преображения решёткой высотой в аршин, всю состоящую из железных остроконечных копий. Решётка эта существует, кажется, более 25 лет и, между тем, до сих пор никто не задавал себе труда даже подумать, как недальновидна и даже неостроумна подобного рода выдумка».
Чем же полтора века тому назад не угодила представителю прессы великолепная ограда, которой архитектор В.П. Стасов в 1832–1833 годах обвёл территорию созданного им же собора? Ограда вокруг Спасо-Преображенского собора составлена из 102 трофейных турецких пушек, установленных по три на постаменте. Пушки поставлены дулами вниз – отныне им никогда не суждено принимать участия в баталиях! Стволы перевиты толстыми свободно свисающими цепями. Поскольку цепи представляют скорее символическую преграду, то постаменты с пушками дополнительно соединены невысокими скромного вида ограждениями ниже человеческого роста (как отметил журналист, «высотой в аршин» – чуть более 70-ти сантиметров). Эти решётки увенчаны острыми копьями, которые и послужили причиной журналистского репортажа.
«Летом эта решётка ещё, пожалуй, не представляет особенной опасности, но осенью, в морозную слякоть, или зимой, когда заведующий тротуарным участком собора сторож, вероятно, из экономических расчётов, только изредка посыпает его песком, решительно боишься подойти к церковной ограде, как некогда средневековые колдуньи боялись подойти приложиться к тайно накалённому инквизиционному кресту» – повышал журналист «Петербургского листка» градус критики.
По отзывам газетчика, обойти опасный участок затруднительно – ведь тротуар этот служит кратчайшим путём сообщения для пешеходов, «пробирающихся из Пантелеймоновской в Спасскую улицу или обратно». Журналист делился собственными наблюдениями за передвижениями горожан по этой местности в осенне-зимний период: «Часто в эту гололедицу видишь, как вся эта публика ступает по церковному тротуару тихонько, осторожно, точно фокусник по куриным яйцам». Далее представитель столичной прессы описывал и собственный опыт, когда, поскользнувшись, едва не стал жертвой острых копейных наконечников: «Счастье, что тёплое пальто защитило мои рёбра от неожиданной штыковой атаки, но, тем не менее, легко могло прийтись ведь и так, что копья прямо угодили бы мне в глаза или в голову».
Журналист, рассказав об опасной петербургской трассе, обратился через газету к администрации Спасо-Преображенского собора, предлагая и свой «малобюджетный» вариант решения проблемы: «Если богатейшие, как известно, средства [собора] не позволяют, однако, разориться на устройство в более благоразумном роде совершено новой решётки, то, мне кажется, следовало бы, по крайней мере, спилить до края поперечных скреплений верхушки копий, и тем избавить пешеходов от неминуемой опасности».
По счастью, к его словам не прислушались, и решётка дожила до наших дней в неизменном виде – несомненно, это хорошо с точки зрения сохранения первоначального облика архитектурного ансамбля. Однако сейчас, проходя вдоль этой невысокой ограды, всё же вспомним опасения передвигавшихся по городу петербуржцев – наших предшественников, и будем надеяться, что в начале-то XXI века о состоянии тротуаров заботятся лучше, чем полтора столетия тому назад. Климат-то в нашем городе очень уж переменчивый, и скользкие тротуары – дело обычное. Поэтому низкий частокол из копий действительно может быть опасен для пешеходов. Хотя, если вовремя скалывать лёд с тротуаров, не бросать на них арбузные корки, то «штыковой атаки» не случится. Но, на всякий случай, будем ступать осторожнее…
Автор: Чепель Александр Иванович, краевед, кандидат исторических наук, член Совета СПбГО ВООПИиК, ведущий авторской рубрики сайта «Открытый город».