После того как восстание на Сенатской площади провалилось незамедлительно начались аресты. Военные министр Татищев, был назначен председателем следственного комитета. Ему в приоритет ставилась задача, полностью искоренить будущие попытки подобных мятежей.
Допросы Декабристов проходили в Зимнем дворце. Император Николай I лично выступал в роли следователя (допрашивал главарей мятежа). Участники восстания содержались в строгости в Петропавловской и Шлиссельбургской крепости.
Всего к следствию привлекли 3072 человека. Все подсудимые (кроме И.Д. Якушина и братьев Бестужевых) дали правдивые признательные показания.
Из статьи В. М. Боковой. «Декабристы и их время»:
«…Религиозность, будь она сознательная или неосознанная, «друзей 14 декабря» обусловила и их принципиальное отличие от революционеров позднейших времен: неизмеримо более высоко развитое нравственное чувство. Даже затевая мятеж, они следовали лишь романтической установке «пожертвовать собой на благо Отечества» («Ах, как славно мы умрем!»).
Неромантическая действительность и пролившаяся чужая кровь моментально их отрезвили и стали причиной того полного и нелицемерного раскаяния, через которое прошли практически все декабристы, даже те из них, кои участия в мятеже не принимали.
Как писал позднее А. П. Беляев, «я и теперь сознаю в душе, что если б можно было одной своею жертвою совершить дело обновления отечества, то такая жертва была бы высока и свята, но та беда, что революционеры вместе с собой приносят преимущественно в жертву людей, вероятно, большею частью довольных своей судьбой и вовсе не желающих и даже не понимающих тех благодеяний, которые им хотят навязать против их убеждений, верований и желаний…
Я вполне убежден, что только с каменным сердцем и духом зла, ослепленным умом можно делать революции и смотреть хладнокровно на падающие невинные жертвы».
«Ослепленный ум» в декабре 1825 г. был налицо, но «каменным сердцем и духом зла» никто из мятежников, безусловно, не обладал».
В итоге из более чем трех тысяч подследственных к суду привлекли всего 121 заговорщика (8 князей, 3 графа, 3 барона, 3 генерала, 23 полковника и подполковника, 1 обер-прокурор Сената).
Приговорили:
36 - на смертную казнь — пятерых четвертованием, 31 — отсечением головы;
17 - к политической смерти этот обряд состоял в публичном унижении приговоренного и лишением его всех чинов, сословных привилегий, прав собственности, родительских прав и т.д.;
16 – к пожизненной каторге;
20 - на каторжные работы на срок от 6 до 10 лет;
15 - к ссылке на поселение;
3 - к лишению дворянства и ссылке в Сибирь;
9 - к лишению чинов и разжалованию в солдаты (отправлены на Кавказ).
Николаю I было крайне не выгодно начинать правление со столь суровых репрессий, и поэтому своим высочайшим повелением он оказывает милость.
Суровые приговоры были смягчены. Основная масса осужденных отправляется на каторгу и простыми солдатами на Кавказ (там как раз идет война с горцами). Публичной казни через повешение предали только пятерых организаторов восстания - П. И. Пестеля, К. Ф. Рылеева, С. И. Муравьева-Апостола, М. П. Бестужева-Рюмина и П. Г. Каховского.
«Сообразуясь с высокомонаршим милосердием в сем деле явленным…. Верховный Уголовный суд по высочайше предоставленной ему власти приговорил: вместо мучительной смертной казни четвертованием, Павлу Пестелю, Кондратию Рылееву, Сергею Муравьеву-Апостолу, Михаилу Бестужеву-Рюмину и Петру Каховскому приговором суда определенной, сих преступников за их тяжкие злодеяния повесить».
Нечкин М. «Декабристы»
Суд над Декабристами дал их женам право развестись с осужденными. Но большинство женщин отказались. Они также лишаются всех сословных привилегий и прав (практически все были дворянками), принимают положение ссыльных каторжан, и следуют за мужьями.