Мы продвигались по краю опушки. Начальник штаба расположился в блиндаже около немецкого брошенного орудия. Блиндаж был довольно большой и очень крепкий. Накаты из бревен в целый обхват. Майор со своими штабными быстро его облюбовал. Можно спокойно сидеть и обстрелов не бояться.
Командир полка со своими оставался на прежнем месте. При подходе угодили под минометный огонь, немцы стреляли веером и одиночными. Мины периодически рвались с небольшим интервалом в районе блиндажа. Немцы словно загоняли в этот блиндаж.
Мы подошли к проходу ведущему в блиндаж. Даже в проходе скопилось много разнообразного народа. Рядом неглубокий и ломанный овраг. В проходе к двери жались связные из стрелковых рот, тут были телефонисты и артиллеристы. Нам разведчикам даже в проходе места не нашлось.
Приказал своим рассредоточится по оврагу. Мины периодически в район блиндажа прилетали. Действовали на нервы, а уйти от блиндажа нельзя. Нет никакого желания попасть под мину. Шагнул в проход и сделал попытку протиснуться. Двух оттолкнул, а третий вцепился в переднего.
Надо к начальнику штаба, надо на карте определить расположение рот и батарей артиллерии, нанести позиции немцев, обозначить фланг полка. Но не тут-то было!
Из глубины прозвучал голос Денисова: «Кто там рвется?»-«Разведка.»-«На верху подожди! С командиром надо связаться».
Связные начальника артиллерии весь проход загородили. В ротах по 50 солдат, а тут 20 связных с собой таскает. Что делать? Все мордастые набились в блиндаж, сейчас их колом не вышибить. Приказал своим рассредоточится и отойти подальше. Сам остался ждать.
Сел на край спуска блиндажа, закурил. И вдруг из верхней части двери вырвался странный гул, на головами стоящих появилось пламя. Шлейф с большой скоростью вылетел наружу и загнулся вверх.
Из блиндажа послышался вопль, потом крик раздирающий душу. Там уходило тридцать человек. Мужики визжали словно перепуганные дети. Ни одного басовитого крика. Отчаяние и его крик, это неописуемо. Это был крик мертвого.
Все одно мгновение оказались в огне. Там была какая-то преисподняя. Пламя и рев. Что пылало внутри? Никто ничего не понимал. Мне только опалило брови и волосы на руках. Сразу сделал рывок назад и высунулся из оврага. Было слышно гул и визг из блиндажа. Пламя набирало свою силу, там ревело и клокотало. В небо неслись вопли людей.
Начальник штаба и телефонист обуглились. Кто из них кто, сказать было нельзя. Всё пламя сгладило и придало тёмный оттенок. Обгоревшие фигуры сидели за столом, но одежды на них не было. Мертвые все знаки отличия потеряли.
Остальные около двадцати получили различные ожоги. Прямо на наших глазах они покрывались водяными пузырями. У одного было не видно глаз, все лицо это месиво красного мяса.
В дверях произошла давка, топтали друг друга. Только глаза одни живые и страшные у большинства. Было на все страшно смотреть. Из блиндажа все карабкались и давили друг друга.
Двое солдат, как жалкие псы все время за мной ходили. Они по очереди меня благодарили, их отодвинул тогда от двери. Многие очумели от пережитого, они просто ходили. Потерявшие зрение стояли в овраге, беспомощно своими руками по сторонам водили.
Всех отправили в тыл. Некоторые из них попали напоследок под мины. Картина ужасная и кровавая.
Что же на самом деле произошло? Фрицы на пол положили слой пороха, гильзы снарядов освободили. Под столом слой был увеличен.
А мы были очень недовольны, что вся тыловая братия обосновалась в этом блиндаже. Нас в него не пустили. Нам в этот раз повезло, что досталось лежать под минами в овраге.
Майор мне из блиндажа тогда крикнул: «Капитан их не трогай! Не вытаскивай! У входа подожди».
Эпизод из книги «Ванька-ротный»
Шумилина А.И.
Если Вам было интересно, нажмите пожалуйста-«нравится» и подпишитесь на канал. Это лучшая поддержка для него. Спасибо за ваше внимание и время.