Казалось бы, нет столь изученного со всех сторон эпизода нашей истории, как знаменитая битва под Полтавой. Но именно такие известные события и таят в себе немало неожиданных нюансов.
Все украинцы готовы были изменить Петру, но… шведы их не приняли
Наши учебники обычно рассказывают про измену украинского гетмана Мазепы, про то, как большинство украинцев её не поддержало, и что Мазепе удалось привести на помощь шведскому королю Карлу XII всего несколько тысяч слабо боеспособных казаков (цифры разнятся в разных изданиях). А вот о том, что сами шведы упустили возможность привлечь на свою сторону тех казаков, которые находились в армии Петра I, всегда умалчивают.
Между тем, недовольство русской властью у украинцев было огромное. После сожжения царскими войсками гетманской столицы Батурина русское господство в Малороссии держалось только силою. Многие казаки, неволею призванные в армию Петра, тоже хотели перейти к Мазепе. И не столько сами казаки, сколько их начальники.
На рассвете 27 июня 1709 года, после удачно проведённой шведами атаки на русские редуты, к ним прибыли парламентёры от части казаков гетмана Ивана Скоропадского и выразили желание перейти на сторону шведов. Однако командовавший на этом участке принц Максимилиан Вюртембергский не счёл возможным самостоятельно, без короля, решить столь важный вопрос.
По одним данным, в отряде Скоропадского находилось всего 30 эскадронов – 1200 человек. По другим, их численность простиралась до 10 тысяч. Неизвестно, сумели бы украинцы решить исход Полтавской битвы в пользу шведов. Сам Пётр не надеялся на лояльность казаков и не пустил их в бой. Но, как бы там ни было, прекрасный шанс навредить врагу был шведами упущен.
Как швед защитил Полтаву от шведов
Учебники акцентируют внимание на самой битве, но почти ничего не говорят об её предыстории. Шведская армия была обескровлена двухмесячной осадой Полтавы, начальником гарнизона которой был полковник (на тот момент) Алексей Степанович Келин.
Учебники глухо говорят об обороне Полтавы, делая упор, главным образом, на «героизме солдат вместе с жителями», и ничего не говорят о личности самого коменданта Полтавы. А ведь он был… шведом! Отец Алексея Келина прибыл в Россию и поступил в царскую службу в 1672 году. В 1680 году он принял православие. Алексей не всегда писал свою фамилию как Келин. Он был то Келлином, то Келеном, то Келингом. Ясно, что он не вполне ещё русифицировался.
Но это не мешало ему геройски воевать против своих бывших соотечественников и умелой обороной города обеспечить будущую победу.
Судьба военнопленных
Шведская армия под Полтавой была разбита и бежала. В такой ситуации армия обычно оставляет огромное количество пленных. Ещё больше пленных взяла конница Меншикова, перехватив остатки шведской армии при их попытке сбежать за Днепр 30 июня.
Любопытно, что Пётр, нуждаясь в опытных солдатах (он всегда умел уважать превосходные качества противника), предложил военнопленным поступить к нему на службу, обязываясь, со своей стороны, не посылать их против своей родины. Таких набралось целых два полка. Их судьба оказалась трагичной. Они приняли участие в походе князя Бековича-Черкасского на Хиву в 1717 году, когда всё русское войско было поголовно вырезано в результате вероломства хивинского хана.
21 декабря 1709 года по Москве в торжественном шествии были проведены почти 23 тысячи пленных солдат Карла XII (шведов, финнов, немцев), взятых за девять лет войны. Таким образом, традиция водить по улицам столицы пленных врагов на потеху своему населению берёт в России начало именно отсюда. Впоследствии её неоднократно повторяли во время Первой и Второй мировых войн. А вообще-то её корни – ещё в древнеримском ритуале полководческого триумфа.
Жизнь военнопленных, раскиданных по отдалённым местам Сибири, была вообще довольно тяжёлой. А война была долгой. Из 23 тысяч, взятых русскими в плен под Полтавой, на родину в конце концов возвратилось только 4000.
Есть легенда, что среди взятых в плен под Полтавой был законный муж любовницы Петра I Марты Скавронской (будущей царицы). И что якобы Пётр, узнав об этом, приказал заслать его в Сибирь так, чтобы он оттуда никогда больше не вернулся…