Духотворённый многомерный взор посвящённых во великое таинство мудрости человеков созерцает прискорбную картину «механицизма» непробуждённых душ, не сознающих ни «психодуховные» законы «психосоциологической» предначертнанности, ни многосферную симфонию бытийственности человеческого существования.
«Шахматная доска» временных сюжетов личностных судеб пропитана «кровью и слезами», «болями и страдательностями» механистического со-действа во «полящих и обжигающих трениях сопротивления качения времени» вовне и внутри великого множества человеческих душ.
Видящий или отстраняется во беззлобной «усмешке» над невежением, или молчно трубящей немолчностью взывает о пробуждённости всех «далёких и близких» землян от таинственного сна злобы и невежения, застилающего тягучими облаками и тучами блаженные небеса человеческих душ...
“Меняет свой венец на непреклонный шлем
наш доблестный король, как долг и честь велели.
О, только пригубить текущий мимо шлейф —
и сладко умереть во славу кор