Удивительную реакцию продемонстрировала ближайшая родня Сулеймана и его задушевный друг Ибрагим после переполоха с отравленным десертом.
С главной зачинщицей - Махидевран там всё понятно. Надежды на то, что падишах по возвращении из дальнего похода соскучится по своей Розе и ринется в её цепкие объятия, не сбылись. Он уединился с ненавистной "рыжей змеёй", к тому же беременной.
Двух считаем, один в уме
Махидевран исполняет у себя в покоях очередную истерическую арию, размазывая слёзы по стенам. А потом вспоминает, что у неё в загашниках имеется пузырёк с ядом флакон с лекарством. И решается на "месть". Вернее, на преступление.
В сообщницах оказались Гюльшах и тихая, безвольная наложница Хасибе - девочка, которую легко было обвести вокруг пальца. В "мишенях" - Хюррем, её ещё не рожденный шехзаде и сам султан Сулейман. Махидевран рассчитывала, что будет две жертвы десерта. Да если бы и три, она не особо горевала бы.
Сливки-шоу от валиде
Поведение Ибрагима и валиде-султан на фоне происшествия и его расследования противоречит логике. Тут два варианта:
- либо они считали Сулеймана бессмертным;
- либо плохо представляли себе, какими последствиями для них могли обернуться эти "несвежие сливки".
Про сливки придумала валиде. Она была женщиной честной, врать не умела. И потому, когда пришлось прикрывать зад... спину своей черкесской протеже, сморозила первое, что пришло в голову.
За свою жизнь Хафса десерты видела лишь в тарелках, о кулинарии имела смутное представление, и о свойствах скисших сливок - в частности.
Когда Хюррем попробовала поговорить со "свекрухой" о том, что ёё и будущего ребёнка пытались отравить, главная по гарему на неё же стрелки и перевела: "Сливки были несвежие, а ты съела их слишком много!".
Сама, короче, рыжая, во всём ты виновата. Трескать за две щеки не надо! А у меня на подотчётной территории тишь, да гладь, да благодать!
В комплекте Хюррем получила от Хафсы строжайший наказ беречь ребёнка и избегать возможных рисков. Славянка в который раз была сражена наповал заботой и вниманием от свекрови.
Без пяти минут регентша
Что до Ибрагима, то он, как ум, честь и совесть всего Топкапы, просто обязан был задать Махидевран такого щербету, чтобы ей потом до пенсии икалось. Потому что в случае "удачной" дегустации сливок Сулейманом (с летальным исходом) хранителю покоев пришлось бы отвечать своей светлой головой.
Однако Паргалы включает мямлю. На Махидевран он почему-то всегда смотрел, как кролик на удава, и в её присутствии даже голоса обычно не повышал (за исключением случая, когда она впоследствии растратила казну гарема).
Именно Весенняя Роза могла сорвать весь куш, если бы сливки выстрелили в полную мощь. Не зря она до рассвета глаз сомкнуть не могла - всё ждала горячих новостей из султанских покоев. Откушал бы Сулейман десерту напополам с рыжей - и привалило бы красавице Махидевран счастье несказанное. Мустафа остаётся единственным наследником, потому как других наплодить не успели. Махидевран становится регентом, поскольку сыночек ещё мал. Хафсу - в старый дворец, чтобы под ногами не путалась и не лезла со своими командирскими замашками.
Ибрагима-то куда? Вообще казнить полагается за халатность. Но наверняка Махидевран нашла бы способ этому помешать и оставить его при себе - как мозговой ресурс. Перспективы для Ибрагима тоже открываются достаточно заманчивые.
Может, потому он и не спешил спускать собак на незадачливую отравительницу.
Как бы там ни было, но Махидевран осталась безнаказанной.