– Я устала.
Василиса капризно надула карминные губы и слегка притопнула ногой, замерев прямо посреди дороги.
– И что ты прикажешь нам в связи с этим сделать? – Марья строго взглянула на сестру. – До города ещё полдня пути. Ваня, конечно, добрый молодец, но даже он не сдюжит нести тебя всю оставшуюся дорогу.
Голубые глаза Василисы тут же наполнились слезами.
– Но я, правда, не могу больше идти. Меня ноги не держат!
В подтверждение своих слов Василиса жалобно всхлипнула, а затем демонстративно села на землю, совершенно не волнуясь о том, что её сарафан нежного розового цвета запачкается и утратит свою первоначальную красоту.
Марья перекинула свою толстую русую косу с одного плеча на другое, поправила лямку холщёвого мешка, чуть съехавшую с плеча Ивана, и слегка подтолкнула парня в спину, призывая его продолжить путь.
– Мы должны добраться до города до захода солнца, – непреклонно заявила она, поймав вопросительный взгляд юноши. – Если Василиса хочет остаться посреди тракта и поближе познакомиться с местными разбойниками или дикими животными – это её дело. Нас же ждёт сытный ужин и мягкая постель на постоялом дворе.
В тёплых карих глазах Ивана отразился концентрированный скепсис, однако вслух юноша ничего говорить не стал, лишь покорно последовал за суровой девушкой вперёд, в сторону города – тёмные крыши домов крошечными горошинами уже виднелись возле самого горизонта.
– Ты не бросишь меня здесь одну! – в мелодичном голосе Василисы прорезались визгливые нотки. – Маша!
Иван нервно вздрогнул и осторожно ухватил Марью за ткань рукава чуть повыше локтя, за что был награждён холодным взглядом серо-зелёных глаз. Тяжело вздохнув, юноша разжал пальцы и опустил глаза в землю, закусив нижнюю губу.
Спустя пару минут жалобные подвывания Василисы стихли – Марья тут же положила ладонь на затылок парня, не позволяя ему обернуться. Иван смиренно брёл вперёд, понуро опустив плечи и сгорбившись, точно столетний старик. Однако не прошло и пары секунд, как позади раздались торопливые шаги, а затем тонкие пальцы легли юноше на сгиб локтя.
– Маш, а ты письмо от отца ректору Ревердена не забыла взять? – как ни в чём не бывало спросила Василиса, буквально повиснув на руке Ивана.
– Нет, не забыла, – сухо ответила Марья. – Оно у меня при себе.
– Хорошо, – удовлетворённо кивнула Василиса. – Вообще не понимаю, почему отец отправил нас именно в академию Реверден? Путь до неё неблизкий...
– Тебе стоило задать этот вопрос ему самому, – прохладно отозвалась Марья. – Достоверного ответа у меня нет. Могу только предположить, что значительная удалённость от дома стала одним из главных преимуществ данной академии.
– Я думал, причина в том, что Реверден – единственная академия, где обучаются исключительно драконы, без представителей других рас, – высказал своё мнение Иван.
– Может быть и так, – согласилась Марья.
– А я думаю, причина в том, что ректор – давний друг отца, – продолжила праздные рассуждения Василиса. – Папочка слишком сильно переживает за нас, поэтому и решил доверить своё сокровище надёжному человеку.
Марья неопределённо пожала плечами: версия Василисы тоже имела право на существование. Отец, действительно, все семнадцать лет чересчур сильно их опекал – буквально душил заботой. Уже тот факт, что он решился отпустить их на обучение, был невиданной щедростью с его стороны. Впрочем, учитывая то, что натворила Василиса... другого выхода, кроме как отослать отпрысков как можно дальше от отчего дома, у него просто не было.
Солнце медленно двигалось по небосводу, поднимаясь всё выше и выше, пока не достигло зенита, разливая по округе нестерпимый жар. На дороге же неожиданно выросла преграда: огромный чёрный камень, на котором были высечены крупные буквы.
– Направо пойдёшь – коня потеряешь, – вслух принялся читать Иван. – Налево пойдёшь – себя потеряешь. Прямо пойдёшь – жизнь потеряешь.
– Ничего себе выбор! – возмутилась Василиса, разглядывая чудной камень. – Что не выбери, всё равно в проигрыше останешься.
– И тебя ничуть не смущает, что этот камень стоит даже не на развилке? – поинтересовалась Марья. – Перед нами прямая, ровная дорога. Куда здесь сворачивать? В непроходимый лес? – кивок направо, где высоким частоколом тянулись бесконечные пихты и сосны. – Или во чисто поле? – кивок налево, на бескрайний океан колосистой ржи.
– И что будем делать? – Иван выжидающе посмотрел на Марью.
– Привал сделаем, – после короткого размышления сказала та. – Отдохнём, переждём жару.
– Понаблюдаем, – понятливо кивнул парень. – Хорошая мысль.
Марья развязала тугой узел на груди, стягивающий два конца пёстрого платка, укрывающего её плечи, изящным движением встряхнула плотную ткань и расстелила её на траве в нескольких шагах от камня, справа, чуть ближе к деревьям. Василиса тут же с облегчённым вздохом опустилась на край платка, вытягивая вперёд уставшие ноги в запылившихся туфлях.
– У нас осталось что-нибудь из припасов? – устроившись рядом с сестрой, спросила Марья, внимательно глядя в сосредоточенное лицо Ивана.
– Краюха хлеба, да четверть мясного пирога, что матушка дала нам в дорогу.
– А вода?
Иван поставил на землю мешок, развязал горловину и вытащил из его утробы солидную деревянную флягу.
– Треть ещё есть, – побулькав содержимым фляги возле уха, резюмировал он. – Воды стоило бы ещё, конечно, набрать. Только где?
– На карте, что отец показывал, была обозначена небольшая река, – нахмурив тонкие тёмные брови, припомнила Марья. – Думаю, я смогу её отыскать.
Решительно поднявшись на ноги, девушка забрала флягу из рук парня и направилась в сторону леса: ни Иван, ни Василиса не подумали и слова сказать против.
Идти далеко не пришлось. Стоило только Марье войти в лес, как до её ушей сразу же донёсся приглушённый шум текущей воды. Идя на звук, девушка вышла на берег широкой полноводной реки, через которую был переброшен хлипкий деревянный мост.
«По такому с конём не пройдёшь», – отметила про себя девушка.
Спустившись по откосу, Марья оставила на берегу туфли и, подхватив подол сарафана, чтобы не намочить его ненароком, смело вошла в реку по щиколотку.
Только она нагнулась, чтобы зачерпнуть воды во флягу, как со дна выпрыгнул невысокий, одутловатый мужчина с бледно-зелёной кожей, покрытой мелкой серебристой чешуей. Короткие толстые пальцы-сосиски обхватили тонкое запястье Марьи, точно стальной браслет.
– Здравствуй, красна девица, – елейно протянул водяной, окинув добычу насмешливым взглядом. – Отгадаешь мою загадку – отпущу.
Презрительно вскинув точёную бровь, Марья рывком вырвала своё запястье из чужих рук, одновременно ногой толкнув водяного в грудь. От силы удара тот не смог устоять на ногах и навзничь повалился в воду.
Спокойно наполнив флягу, Марья заткнула пробкой горлышко, вышла на берег, обулась и вновь повернулась к реке: из воды примерно на середине реки теперь торчала только голова незадачливого любителя загадок, а вернее, крохотные тёмные глаза, наполненные раздражением.
– Прошу простить меня за грубость, – девушка положила ладонь на грудь и поклонилась. – Я не привыкла, чтобы незнакомцы хватали меня за руки. Моё имя Марья.
Водяной заинтересовано булькнул и показался из воды по пояс.
– Камил, – представился он. – Хранитель этой реки.
– Приветствую тебя, Камил, Хранитель реки, – Марья отвесила водяному ещё один уважительный поклон. – Я держу путь в академию Реверден. Быть может, ты знаешь дорогу?
В крохотных тёмных глазах водяного вспыхнули задорные огоньки.
– Дорогу знаю, – подтвердил он. – Отгадаешь загадку – расскажу.
– Хорошо, – согласилась Марья. – Загадывай свою загадку.
– К реке подходят два человека. У берега лодка, которая может выдержать только одного. Оба человека переправились на противоположный берег. Как они это сделали?
– Они изначально были на разных берегах реки, – не задумываясь, ответила Марья.
– Правильно, – радостно хлопнув в ладоши, сказал Камил. – А дорогу в Реверден я показать тебе не могу. Ты ведь туда учиться идёшь?
Марья кивнула.
– Так вот, в ученики Крезо берёт только тех драконов, что путь в Реверден найдут.
– Благодарю, – Марья поклонилась в третий раз и, развернувшись, направилась обратно к своим спутникам той же дорогой, что пришла к реке.
– Здесь обитает водяной, – равнодушно сообщила она, протягивая Ивану флягу.
– И как он тебе? – во взгляде Василисы вспыхнул неподдельный интерес.
– Ничем не примечательный, – последовал ответ. – Зато он знает дорогу в Реверден. Но отыскать её мы должны сами – это что-то вроде вступительного испытания. Ректор Крезо примет в академию лишь тех, кто сами отыщут путь.
– Странное решение, – заметила Василиса. – Я ожидала чего-то более эпичного. Полоса препятствий там, проверка силы, ловкости или ума.
– Полагаю, твои предположения не далеки от истины, – Марья задумчиво теребила манжет своей рубашки. – Ты же не думаешь, сестрица, что найти дорогу будет легко? Кроме того, по ней ещё необходимо пройти. И вот тут как раз может пригодиться и сила, и ловкость, и ум.
– При условии, что мы найдём дорогу, – скривилась Василиса. – Итак, Мара, что будем делать?
– Не называй меня так, – одёрнула сестру Марья. – Что же до наших дальнейших действий... возможно, стоит разделиться. Направо я уже сходила: там река и хлипкий мост, верхом не пройдёшь. А спешишься, водяной наверняка утянет лошадь. Так что осталось ещё два направления.
Василиса наградила сестру недовольным взглядом.
– Я никуда не пойду, – категорично заявила она. – Лучше здесь подожду. Вдруг встречу какого мимохожего - мимоезжего, он и подскажет дорогу.
– Хорошо, – легко согласилась Марья. – Время, назначенное ректором Крезо для прибытия в академию, почти истекло. Так что высока вероятность, что ты дождёшься других претендентов на место в Ревердене. Возможно, кто-то из них обладает большей информацией, чем мы.
– Ты сама-то в это веришь? – в голосе Василисы слышалось сомнение. – Наш отец – близкий друг ректора. И всё равно дорогу не знает.
– Не знает и не сказал нам – разные вещи, – возразила Марья. – В любом случае, ты ведь всё равно не хочешь никуда идти. Так что оставайся здесь. Мы с Ваней разведаем, что к чему, и сразу же вернёмся.
– Ладно, – пожала плечами Василиса.
– Только, прошу тебя, веди себя прилично, – Марья выразительно посмотрела в кристально чистые глаза сестры. Если бы она не знала, на что именно способна Василиса, легко приняла бы её за прелестного наивного ангелочка.
– Ничего не обещаю, но постараюсь.
Иван оставил свой мешок возле Василисы, забрав с собой только ножны с коротким мечом, которые прикрепил к поясу. Марья вооружаться не стала – ей лишний металлолом был ни к чему.
– Итак, Марья, что выбираешь: жизнь или себя? – бодро спросил Иван, намекая на надпись на камне.
Марья бросила равнодушный взгляд на камень, после чего подошла к левой обочине дороги и несколько невыносимо долгих мгновений, во время которых её спутники не смели даже пошевелиться, вглядывалась вдаль, вдыхая полной грудью насыщенный миллионами оттенков воздух.
– Идём в город, – подытожила она, отворачиваясь от золотистого ржаного поля. – Василиса.
– Да?
– Не ходи в поле. Целее будешь.
* * *
Оставшись одна, Василиса растянулась на сестрином платке, закинув руки за голову, и устремила взгляд в небо, любуясь неторопливым ходом лёгких перистых облаков, напоминавших собой дивных животных из неведомых дальних стран.
Вскоре чуткий слух девушки уловил топот конских копыт и человеческую речь.
– Визор, давай быстрей, – говорил звонкий юношеский голос. – До заката осталось всего ничего, а нам ещё ночлег искать.
– Успокойся, Вислав, мы всё успеем, – отвечал ему другой голос, более низкий и мужественный.
Василиса улыбнулась: а вот и первые гости пожаловали.
Стук копыт приближался, а затем резко смолк: всадники остановились перед камнем.
– Эм-м-м, – растеряно протянул названный Виславом. – Что это?
– Путевой камень, – вместо его спутника ответила Василиса, приподнимаясь на локтях.
Перед девушкой на двух вороных конях восседали добры молодцы. Первый был примерно её возраста, тёмноволосый, безусый, с сияющими, точно драгоценные камни, светлыми глазами. Его спутник с виду был чуть старше – лет двадцати пяти, – заметно шире в плечах и облачён в тяжёлую кольчугу. Его густые русые волосы слегка вились на концах и у висков были собраны в две тонкие косы, скреплённые серебряной бусиной – знак принадлежности к боярскому роду.
– Здравствуй, красна девица, – ярко улыбнувшись, поприветствовал Василису юноша. – Моё имя Вислав, а это мой господин, Визор.
– Василиса, – отзеркалив радушное выражение лица собеседника, ответила девушка.
– Что же ты тут, Василиса, одна делаешь? – подозрительно прищурившись, спросил Визор. Его цепкий взгляд оценивающе прошёл по Василисе. Видимо не заметив никаких знаков отличия, мужчина решил, что перед ним простая крестьянка.
– Жду.
– Чего ждёшь? – продолжил допрос Визор.
– Суженого-ряженого на вороном коне, – елейно протянула Василиса, а затем, без паузы, добавила: – Уж не тебя ли, Визор, сын Авдея?
Визор моментально спал с лица. Его правая рука, скрытая толстой кожаной перчаткой, легла на рукоять меча, висевшего в ножнах на бедре.
Звонко рассмеявшись, Василиса тряхнула головой: родовой колокольчик, вплетённый в толстую косу, тихо зазвенел, привлекая внимание обоих молодцев.
– Так ты одна из дочерей Бажена! – на лице Визора отразилось облегчение. – Где же твои брат с сестрой? Я слышал, вы поодиночке нигде не появляетесь.
– Иван с Марьей в город ушли, разведать, что да как, – охотно ответила Василиса, моментально растеряв игривый тон, стоило только Визору признать её.
– А тебя зачем тут оставили?
– Ждать у моря погоды.
Визор укоризненно покачал головой.
– Не дело молодой девушке одной во чистом поле сидеть, – заметил он. – Если хочешь, можешь с нами поехать. Вы ведь втроём тоже в Реверден путь держите?
– А ты знаешь, где этот путь лежит? – заинтересовалась Василиса.
– В общих чертах.
Василиса пренебрежительно фыркнула.
– В общих чертах и мы знаем. А где конкретно дорога пролегает – не ведаем.
– Так нужно у местных спросить, – жизнерадостно заявил Вислав. – В городе явно кто-то должен знать!
– Кто-то должен знать, – согласилась Василиса, – да только вряд ли кто скажет.
– Почему?
– Потому что найти дорогу в Реверден – вступительное испытание для всех желающих пройти обучение.
– Ясно, – Визор нахмурился. Его взгляд упал на камень. Прочитав высеченные на нём слова, мужчина повернулся к своему спутнику: – Вислав, ну, что скажешь, в какую сторону пойдём?
Юноша, тоже обративший внимание на камень, прочитал надпись и на мгновение задумался.
– Рискнём направо? – предложил он, задорно сверкая глазами.
– А давай, – легко согласился с ним Визор, после чего вновь обратился к девушке: – Счастливо оставаться, Василиса Баженовна. Даст Бог, свидимся в Ревердене.
Василиса в ответ насмешливо улыбнулась и слегка склонила голову в знак уважения.
Не успели всадники сделать и десятка шагов по полю, как из земли внезапно вылезли длинные толстые щупальца, напоминающие тропические лианы, и, обхватив лошадей за ноги, начали затаскивать их под землю. Кони испуганно заржали и встали на дыбы. Визор, среагировавший моментально, перекинулся в роскошного синего дракона, расправил мощные кожаные крылья и взмыл вверх. А вот его слуга такими талантами явно не обладал. С огромным трудом удержавшись в седле, юноша выхватил короткий клинок и начал отчаянно им размахивать, разрубая тянущиеся к нему лианы. Визор попытался снизиться и помочь Виславу, но новая порция щупалец едва не схватила его, и дракон был вынужден отступить.
Василиса с интересом наблюдала за неравным боем: кони уже по круп были затянуты вниз, Вислав стоял на седле и весьма ловко отбивался от настойчивых щупалец. Его господин, к слову, раз за разом пикировал вниз, пытаясь подхватить слугу, но каждый раз был вынужден отступить: дроконьи лапы были не приспособлены для того, чтобы удерживать меч, а без оружия Визор ничего не мог противопоставить агрессивному растению. Насколько Василиса могла видеть со своего места, – а видела она многое, – сын Авдея относился к той породе драконов, которую матушка-природа обделила острыми когтями, на их месте оставив лишь плотную роговую пластину, напоминающую человеческие ногти.
«Не зря Мара запретила туда ходить, – подумала девушка. – Вот что-что, а чутьё у неё, воистину, драконье».
Понимая, что отдать бедолагу Вислава на растерзание неведомой подземной твари будет, по меньшей мере, некрасиво, Василиса показательно длинно вздохнула, поднялась с земли и решительно двинулась в сторону ржаного поля. В её сторону тут же потянулись подземные ростки: хищно оскалившись, Василиса выпустила острые, как бритва, когти и одним взмахом руки перерубила отростки – из-под земли донёсся болезненный писк, словно мыши прижали хвост. На несколько мгновений воцарилась зловещая тишина, а затем земля мелко задрожала, возвещая о приближении неведомого нечто.
– Хватайся! – крикнул Визор низким, грубым голосом, резко спикировав вниз и протянув слуге лапу. Вислав проворно ухватился за предложенную конечность и чересчур легко – словно уже много раз делал подобное, – забрался на спину своего господина.
В этот момент дико ржущие от страха лошади с громким «хлюп» полностью погрузились под землю. На поверхности же оказалась жуткая тварь метра три в высоту, представляющая собой тёмно-коричневый клубок перепутанных отростков, в центре которого располагался гигантский ярко-красный глаз.
– Ничего себе! – восхищённо протянула Василиса, разглядывая неведомое существо. – Вот это я понимаю, вступительное испытание!
Чудище выбросило в сторону девушки два толстых щупальца, пытаясь её схватить – Василиса ловко отпрыгнула назад, на дорогу. Стоило только щупальцам добраться до границы ржаного поля, как на их пути вырос невидимый барьер. Существо издало громкий, отчаянный рык, втягивая щупальца назад, но при этом не сводя горящего ненавистью взгляда с ускользнувшей добычи.
Визор вместе с Виславом приземлился возле путевого камня и вернул себе человеческий облик. Тварь издала ещё один пронзительный крик, а затем скрылась под землёй, очевидно, затаившись в ожидании новой жертвы. Спелые, огненные колосья ржи мерно покачивались на ветру, внушая обманчивое ощущение спокойствия и безмятежности.
– Что это сейчас такое было? – дрожащим от пережитого потрясения голосом спросил Вислав, с ужасом глядя на то место, где только что стояло чудовище.
– Кто знает, – пожала плечами Василиса, невозмутимо устраиваясь на прежнем месте, брезгливо вычищая из-под ногтей мусор, оставшийся после знакомства с щупальцами неведомого монстра. – Видимо, воплощение предупреждения «себя потеряешь». Правда, на этот раз камень солгал.
Поймав непонимающий взгляд мужчин, Василиса вздохнула и пояснила:
– Себя вы оставили при себе, зато лишились коней. Вывод: либо надпись на камне лжёт, либо кто-то не разбирается, где право, а где лево.
Вислав с Визором обменялись быстрыми взглядами, а затем расхохотались.
– Василиса Баженовна, ты неподражаема! - не скрывая восхищения, проговорил Визор. – И твоя частичная трансформация выше всяких похвал.
– Благодарю, – улыбнувшись, приняла похвалу девушка. – Если вам интересно, господа, то, пройдя направо, вы сможете познакомиться с водяным.
– То есть, остаётся только дорога вперёд? – уточнил Визор. – Кажется, именно туда отправились твои брат и сестра?
– Именно так, – подтвердила Василиса.
– Значит, нам тоже стоит пойти туда, – подытожил Визор. – Василиса, пойдёшь с нами?
– Пойду, – неожиданно согласилась та. – Что без толку здесь сидеть? Только время зря терять.
* * *
До города Иван с Марьей добрались только к сумеркам.
– Стоило Василису взять с собой, – с нотками беспокойства в голосе заметил юноша. – Не дело ей одной весь день и ночь сидеть на дороге.
– Ничего с ней не случится, – уверено возразила Марья. – Кроме того, ты искренне веришь, что она, действительно, всё это время будет сидеть возле камня? Вот увидишь, до постоялого двора она доберётся ещё раньше нас.
Её слова оказались пророческими. Войдя в дверь с вывеской, изображающей тарелку и чарку, они сразу же увидели Василису, вольготно расположившуюся за одним из столов в компании двух незнакомых мужчин.
– А вот и моя пропажа! – радостно воскликнула девушка, сразу же заметившая появление родичей. – Ваня, Маня, идите к нам. Вы даже не представляете, что я вам сейчас расскажу.
Марья смерила сестру холодным взглядом и медленно приблизилась к столу, пристально разглядывая спутников сестры. Одного из них девушка, впрочем, сразу же узнала: молодой мужчина трижды бывал в их доме, сопровождая своего отца.
– Визор, сын Авдея, – положив руку на грудь, Марья поклонилась. – Не ожидала встретить тебя здесь.
Глаза мужчины расширились в изумлении.
– У Марьи исключительная память, – коротко рассмеявшись, сообщила Василиса. – Единожды встретив человека, она всегда его узнает, даже если с момента той встречи прошло много лет.
– Марья Баженовна, Иван Баженович, – Визор поднялся из-за стола и поклонился сначала девушке, а затем её брату. – Рад встрече.
– И мы рады, Визор, – дружелюбно улыбнулся ему Иван, протягивая широкую ладонь для рукопожатия. – А вот с твоим другом мы, кажется, незнакомы?
– Это Вислав, мой слуга, – представил своего спутника Визор. – Василиса сказала, вы тоже ищете путь в Реверден?
– Именно так, – подтвердила Марья.
– Быть может, объединим усилия? – предложил Визор. – Насколько мне известно, количество мест в академии не ограничено, так что смысла враждовать нам нет.
Марья с Иваном обменялись быстрыми взглядами, ведя меж собой безмолвный разговор.
– Мы согласны, – убедившись, что брат не имеет ничего против новых попутчиков, ответила Марья. – Есть какие-то идеи?
– Стоит опросить местных, – озвучил своё мнение Вислав, без тени сомнения и страха влезая в разговор. Судя по тому, как спокойно отреагировал на подобное поведение Визор, ничего дурного он в этом не видел. – Раз Реверден находится где-то поблизости, они наверняка должны знать дорогу.
– Разумная мысль, – согласился Иван. – Сомневаюсь, что воспитанники Ревердена или его преподаватели занимаются сельским хозяйством: как минимум продукты им должны доставлять из города.
Пока брат говорил, Марья внимательно разглядывала таверну, в которой они находились. На первый взгляд ничего примечательного: обычный трактир с обшарпанными стенами, добротными, но потемневшими от времени квадратными столами и широкой стойкой, за которой расположился хозяин данного заведения – невысокий, коренастый мужчина лет пятидесяти, с густыми рыжими бакенбардами, плешивой макушкой и цепким взглядом блёклых водянисто-зелёных глаз.
Резко поднявшись из-за стола, проигнорировав настороженный взгляд моментально замолчавшего Ивана, Марья подошла к трактирщику и, улыбнувшись, вытащила из небольшого мешочка, висящего у неё на поясе, крохотную веточку кошачьей мяты. От вида растения зрачки мужчины моментально сузились, а глаза на мгновение приобрели насыщенный ярко-зелёный окрас.
– Приветствую тебя, добрый хозяин, – протянув перевёртышу заветное растение, в которое тот тут же вцепился дрожащими пальцами, вежливо проговорила Марья. – Не мог бы ты подсказать уставшим путникам дорогу в академию драконов?
– С превеликим удовольствием, барышня, да только запрещено мне, – низким, хриплым голосом ответил трактирщик. – У всех в городе на устах висит стопудовый замок, и нет того ключа, что разомкнёт его.
– Вот значит как... – задумчиво протянула Марья, извлекая из мешочка ещё одну веточку кошачьей мяты. – Ну, а за пределами города, быть может, есть кто-то, кто укажет нам путь?
– Ермей может помочь, – после короткой заминки сказал перевёртыш, принимая плату. – Он конюхом служит при академии.
– И где нам его найти?
– Так в полночь он сам сюда придёт горло промочить.
– Благодарю за помощь, – поклонившись, Марья положила на стойку перед мужчиной ещё одну веточку кошачьей мяты, после чего вернулась обратно к своему столу.
– Ну? – Василиса выжидательно глянула на сестру.
– В полночь сюда придёт некий Ермей, он служит конюхом при Ревердене. Если верить словам трактирщика, он единственный в городе может нас провести.
– Вот и замечательно! – радостно резюмировал Вислав. – Значит, ждём этого конюха, платим ему звонкой монетой, и он проведёт нас в академию!
– Как-то всё подозрительно просто, – заметил Иван. – Маш?
Марья неопределённо пожала плечами.
– Другого варианта у нас пока всё равно нет. Крайний срок для прибытия в Реверден – завтра в полдень. Думаю, ничего страшного не случится, если мы подождём этого конюха и поговорим с ним.
К полуночи основная масса посетителей трактира разошлась. Оставшиеся же, если судить по возрасту и некоторым внешним признакам, являлись претендентами на место учеников в Ревердене.
– Похоже, наш словоохотливый хозяин рассказал о конюхе не только тебе, – насмешливо заметила Василиса, обращаясь к Марье. – Что теперь делать планируешь, сестрёнка? Устроим кровопролитный бой за право первыми допросить старика?
– Уймись, – строго осадила её Марья, сохранявшая поразительное спокойствие и хладнокровие в сложившейся весьма щекотливой ситуации.
– А то что? – Василиса сейчас напоминала задиристого молодого петушка, подстрекавшего собрата к драке. Девушке было откровенно скучно, и она жаждала развлечений. – Разорвёшь мне горло и омоешь свои длани моей кровью?
– Нет, – Марья слегка наклонилась вперёд и взглянула в потемневшие глаза сестры, сейчас приобретшие оттенок пасмурного неба. – Позаимствую из мешка Ивана драконье вервие и привяжу тебя им к стулу. А в рот вставлю кляп. И будешь ты сидеть так до самого утра, под насмешливыми и презрительными взглядами всех присутствующих.
Зрачки Василисы расширились от испуга: она не сомневалась в том, что Марья легко выполнит угрозу, ей хватит на это и сил, и безжалостности.
– Зачем вам драконье вервие? – вполголоса спросил Вислав. – Оно ведь вроде причиняет драконам дикую боль и мешает трансформации?
– Именно так, – вместо детей Бажена ответил Визор. – В том и вся соль. У меня тоже при себе имеется вервие. Так, на всякий случай.
– На какой ещё случай? – не унимался юноша.
– На случай, если инстинкты возьмут верх над разумом и дракон станет представлять серьёзную угрозу для окружающих, – пояснила Марья ледяным тоном. – Ты ведь знаешь, кто такие драконы? – Вислав растеряно моргнул, очевидно, не до конца понимая суть вопроса. – Драконы – хищники. Очень сильные, опасные твари, да не введёт тебя в заблуждение наша внешность. Любой дракон, даже будучи ребёнком, с лёгкостью может уничтожить целую деревню.
– Поэтому существуют академии драконов, – заметила Василиса. – Чтобы научить нас контролировать своего внутреннего зверя и сделать достойными членами общества.
В этот момент настенные часы отбили двенадцать раз, дверь трактира распахнулась, и внутрь вошёл высокий широкоплечий мужчина с густой чёрной бородой и пышной косматой шевелюрой, в простой холщовой рубахе навыпуск и штанах-шароварах, заправленных в голенища сапог. Громко топая ногами, мужчина прошёл к стойке. Трактирщик, не дожидаясь просьбы, наполнил большую деревянную кружку ароматным хмелем, который гость выпил буквально за два глотка, после чего утёрся рукавом и повернулся к собравшимся.
– А вот и потенциальные первокурсники Ревердена, – белозубо улыбнувшись, проговорил он, окинув присутствующих насмешливым взглядом. – Знаю, что эта усатая морда, – кивок в сторону трактирщика, – сказала вам, что я могу провести вас в академию. Что ж, он не солгал – я могу. Однако поведу я только тех, кто сможет меня одолеть.
На несколько мгновений в помещении воцарилась звенящая тишина. А затем один из юношей, сидевший ближе всех к конюху, поднялся на ноги и уверенно подошёл к мужчине.
– А вот и первый храбрец, – хмыкнул Ермей. – Ну, давай, посмотрим, на что ты способен.
Юноши хватило ровно на три удара огромного кулака, после чего он без чувств растянулся прямо на полу.
– Дохляк, – презрительно скривился конюх. – Кто следующий?
Потенциальные первокурсники академии драконов один за другим подходили к Ермею, – кто с голыми руками, а кто и вооружившись мечом или булавой, – и раз за разом проигрывали, не выдержав сокрушительных ударов конюха. Кого-то хватало на несколько минут боя – как, например, Визора, – а кто-то отрубался уже после пары ударов. Но итог был один: одержать победу не смог никто.
Иван тоже хотел попытать удачу в бою, однако Марья ему помешала. Одного взгляда серо-зелёных глаз оказалось достаточно, чтобы юноша растерял весь свой запал и тихонько отошёл в сторону, едва ли не сливаясь со стеной.
– Ну, а вы, барышни, чего так скромно в сторонке сидите? – обратился Ермей к Василисе и Марье, когда соперники мужского пола закончились. – Али не желаете свою удаль проверить? Чую в вас драконью кровь, значит, тоже в ученицы метите. А раз так, нечего глазами хлопать: подходите и покажите, на что способны.
Василиса повернулась к сестре: голубые глаза встретились с серо-зелёными. Марья молча вытащила из кармана сарафана губную гармошку и, подмигнув сестре, принялась играть весёлый, задорный мотив.
Самодовольно улыбнувшись, Василиса грациозно поднялась из-за стола и подошла к Ермею, властно протянув ему руку ладонью вверх.
– Станцуй со мной, господин конюх, – попросила она. – Драться я с тобой не буду. А вот кто кого перепляшет, мы ещё посмотрим.
Губы Ермея растянулись в широкую, искреннюю улыбку, после чего мужчина охотно пустился в пляс, выписывая вокруг Василисы сложные кульбиты под заинтересованным взглядом хозяина трактира.
– Ладно, егоза, твоя взяла, – спустя достаточно продолжительное время объявил Ермей, когда Марье уже начало казаться, что эта парочка будет отплясывать до самого утра. Протянув руку, мужчина взял со стойки очередную кружку хмеля и залпом опустошил. – Считай, что одолела меня.
– Так нечестно! – возмутился один из ранее побеждённых юношей, с трудом шевеля разбитыми губами.
– Отчего же нечестно? – притворно удивился Ермей, тяжело дышавший после активной пляски. – Я сказал, что вы должны одолеть меня, но не говорил, что обязательно в драке. – Мужчина окинул разочарованных молодых драконов насмешливым взглядом. – Вам голова дана, не только чтоб шапку носить. Запомните раз и навсегда: никогда не суйтесь к заведомо более сильному противнику. Доброго из этого ничего не выйдет. – Выдав эту мудрую мысль, Ермей повернулся к Марье. – Ну, а ты, девица-красавица, чем меня потешишь? Тоже танцами?
– Ну, зачем же, – Марья отложила на край стола губную гармошку и приложилась к фляге с водой, которую набрала в реке у водяного. В голове у неё тут же родилась интересная идея. – Хотите загадку?
– Загадку? – мужчина коротко рассмеялся. – А давай!
Ермей подошёл к столу, за которым сидела Марья, и опустился на стул напротив девушки.
– Что ж, – Марья вперила в лицо мужчины немигающий взгляд. – Две руки, два крыла, два хвоста, три головы, три туловища и восемь ног. Кто это?
Ермей растеряно моргнул и серьёзно призадумался. Активная работа мысли отразилась и на лице трактирщика.
Часы на стене негромко тикали, отмеряя секунды. Марья никуда не торопилась, прекрасно понимая, что отгадать её загадку оппонент не сможет. Никто, в общем-то, не сможет, даже если и поймёт, в чём её суть.
– Не знаю, – через некоторое время признал Ермей. – Хоть убей, не знаю такого зверя!
– Потому что такого зверя нет.
Марья вскинула голову и встретилась взглядом с внимательными глазами насыщенного фиолетового цвета.
Высокий мужчина, облачённый в длинный чёрный кафтан с алым узором на манжетах и бортах воротника, появился в дальнем углу зала буквально из пустоты. Короткие абсолютно белые волосы были зачёсаны назад, открывая высокий лоб, справа пересечённый бугристым тёмным шрамом, рассекающим бровь на две неровные части, и лишь чудом не задевающим глаз.
– Владыка Крезо, – один из кандидатов в ученики академии узнал ректора Ревердена и почтительно опустился перед ним на одно колено. Его примеру последовали и остальные.
Крезо прошёлся по склонённым головам равнодушным взглядом.
– Если такого зверя нет, тогда какова отгадка? – заинтересовано спросил Ермей у своего непосредственного начальника.
– А отгадки нет, – спокойно ответил Крезо, неторопливо приблизившись к столу, за которым сидели конюх и Марья. – Девушка обхитрила тебя, мой друг. Ответом на её загадку является всадник с птицей в руках. Только вот, как бы ты его ни обозначил: всадник с курицей, всадник с уткой, человек на коне с жар-птицей – она всё равно скажет, что отгадка другая. И ты останешься в дураках.
Ермей восхищённо присвистнул и с уважением посмотрел на Марью.
– Умно, – признал он.
– Да, умно, – согласился с его оценкой Крезо, после чего обратился к девушке: – Ваше рекомендательное письмо, сударыня.
Марья вытащила из потайного кармана на лифе сарафана письмо отца и вручила его ректору. Сломав сургучную печать, Крезо развернул послание и пробежался взглядом по ровному ряду строчек, написанных убористым почерком.
– Вы, значит, одна из дочерей Бажена, – задумчиво протянул ректор после того, как закончил чтение.
– Да, – подтвердила та. – Марья.
Крезо коротко кивнул, принимая информацию к сведению, после чего повернулся к Василисе, стоявшей вместе с Иваном возле стойки.
– А вы, следовательно, Василиса и Иван.
– Да, ректор Крезо, - подтвердил юноша.
Ещё раз кивнув, Крезо повернулся к Ермею:
– Выбери понравившихся и утром отведи в замок. По пути не забудь забрать тех, кого поймал Цветик.
– Цветик? – Василиса не смогла удержаться от изумлённого восклицания. – Это случайно не тот трёхметровый одноглазый клубочек с щупальцами?
– Он самый, – подтвердил Крезо. – И он не клубочек с щупальцами, а редкий представитель растительного мира. Все, кто ему попался, на год становятся слугами в академии. По истечении года их память стирается, и они смогут попытать счастье во второй раз.
– А лошади? – подал голос Вислав.
– А лошади и прочее имущество, которое вы не смогли спасти, отходят в собственность Ревердену, – криво усмехнувшись, сообщил ректор. – Всё, на этом встречу считаю оконченной, можете расходиться. Ермей сообщит, кто из вас прошёл вступительное испытание. Что же касается вас троих, – Крезо задумчиво посмотрел по очереди на Василису, Ивана и Марью. – Бажен в письме говорит, что я должен принять одного дракона. Драконья кровь есть во всех троих, она прекрасно чувствуется, но, видимо, проявилась не во всех. Так кто же из вас дракон?
На лице Василисы расцвела обезоруживающая улыбка, в то время как Марья недовольно поджала губы, а Иван длинно вздохнул.
– Давайте выйдем на улицу, ректор, – попросил Иван тихим, но твёрдым голосом. – На словах это так просто не объяснишь.
Не дожидаясь ответа, Иван подхватил Василису под руку и покинул трактир. Марья безмолвно последовала за ними, а за ней потянулись и все остальные во главе с ректором – туманные намёки Ивана пробудили во всех присутствующих искренний интерес.
Оказавшись на улице, брат с сёстрами подошли друг к другу и взялись за руки. На секунду их охватила ярко-алая вспышка. Когда же та погасла, на месте, где стояли ребята, обнаружился роскошный дракон с блестящей чёрной чешуёй, огромными перепончатыми крыльями... и тремя головами.
– Трёхглавый дракон! – прошёлся по толпе благоговейный шепот. – Не может этого быть…
Крезо спустился по ступенькам и вплотную приблизился к дракону, пристально разглядывая представшее пред ним чудо природы.
– Вы приняты, – сухо проговорил мужчина, глядя в настороженные серо-зелёные глаза средней головы. – Добро пожаловать в академию драконов Реверден.