Когда-то слышал похабный анекдот, как чукча геолога в гостях принимал по всем канонам их гостеприимства. В продолжении геолог, принимая в гостях уже чукчу, схитрил маленько, не представляя допустимости такого гостеприимства со своей стороны.
Думаю многие слышали этот анекдот, пересказывать не стоит. Вот и я посмеялся вдоволь, да и забыл. А тут наткнулся на историю недавно и офонарел просто. Оказывается, что анекдоты все из жизни, и этот не исключение.
Историю дословно повторяю.
*********
Толя и Вова дружили ещё с самого детства, были как не разлей вода. И такая дружба продолжалась довольно долго, вместе учились, вместе ездили по лагерям. А как закончили один колледж, то пошли работать по своей специальности.
3 года они работали на авиалиниях, а когда их пригласил к себе командир на работу молодыми пилотами, он сразу согласились. Ведь пробиться на такую вакансию непросто, а зарплата хорошая. Зато какие эмоции! Небо! Где нет ни проблем, ни загонов! Также их манила романтика крайнего Севера.
Пять лет жили ребята в Анадыре и летали на кукурузнике по всей Чукотке, Анатолий первым пилотом, а Владимир - вторым. В тот день ничего не предвещало беды. Погода была ясная, солнечная. Им предстояло лететь на Мыс Шмидта. Они должны были доставить туда почту и трех геологов.
Полет проходил нормально, до пункта прибытия оставалось немного, когда внезапно налетел снеговой вихрь, видимость стала практически нулевой.
В придачу к этому заглох двигатель, и отказали приборы. Пилоты, как могли, пытались выровнять самолет, но все было бесполезным. С большой высоты он сорвался вниз и рухнул на землю. От удара о приборную доску Владимир потерял сознание. Когда очнулся, кругом было темно: видимо, самолет носом уткнулся в глубокий снег. Пилот с трудом стащил уже бесполезные наушники, повернулся к другу, окликнул его, но тот не ответил.
-Ну, вот и прилетели… Покорили большое небо… - Невесело подумал Вова. – Толя, Толя, как же так?
Ему не хотелось даже думать о том, что будет с ним самим. Он почувствовал, что промерз до костей, даже в унтах ноги застыли от холода. Молодой человек нашел в салоне чью-то меховую шапку, натянул ее. Но все это не спасало.
Пилот приснился к стенке самолета, сидя прямо на полу, и приготовился ждать самого худшего. Накатывала дрема, но он бил себя по щекам, чтобы не заснуть, зная, что это – верная гибель. Сколько прошло времени, он не знал, но в полузабытьи ему почудилось, что кто-то стучит в дверь. Слышались как будто мужские голоса.
Он пытался крикнуть «Я здесь», но из горла выходило только сипение. После сильного удара дверь наконец поддалась немного, в нее протиснулись два мужика. Это были чукчи. Они говорили о чем-то на своем языке. Незнакомцы проверили салон и кабину, убедились, что в живых только один человек.
Они подхватили его под руки и осторожно вытащили из самолета. На улице светило солнце, от пурги не осталось и следа. Володю уложили в сани, запряженные четырьмя собаками. По дороге он то впадал в забытье, то снова открывал глаза. От холода он не ощущал своего тела.
Очнулся он от того, что ему вливали в рот какую-то обжигающую жидкость, а ловкие женские руки растирали его тело вонючей мазью. Оглядевшись, он понял, что находится в яранге. Перед ним стояли молодые мужчина и женщина и улыбались ему. За время, проведенное в Арктике, Владимир научился понимать язык чукчей. Мужчина приложил руку к груди и представился:
-Танат. А это моя жена Чейв-ынэ.
-А я Владимир, второй пилот разбившегося самолета.
Он присел на шкурах, которые служили вместо кровати, и огляделся. В центре горел очаг, обложенный большими камнями, над ним висел большой прокопченный чайник.
Стола и стульев не было, все заменяли шкуры. На стенах жилища висели засушенные куски мяса и рыбы. Украшением были фигурки из моржовой кости. Володя из разговора с молодыми людьми понял, что попал к береговым чукчам, они занимались рыболовством и охотой, в отличие от тех чукчей, что кочевали вслед за оленьими стадами. В их поселке было 7 яранг.
Внимательно рассматривая своих новых друзей, Вова заметил, что женщина была совсем молоденькой. У нее было красивое лицо с легким бронзовым оттенком, большие немного раскосые глаза, высокие скулы, голову украшала расшитая повязка, две черные косы лежали на плечах.
Парень решил, что будет называть ее Нина, потому что выговаривать местный вариант было сложновато. Гостя накормили мясом и рыбой, напоили чаем с местными травами. То ли от чая, то ли от пережитого стресса Володя снова отключился, а может, просто заснул.
Его успокоил Танат:
-Не волнуйся, все нормально. Я сейчас все объясню. Мы живем уже два года, а детей нет. Наверное, я сильно застудился, когда провалился в полынью и пробыл там долго, пока меня не вытащили. И еще. Мы живем обособленно, в нашем поселке почти все родня друг другу. Женимся на своих, а потом из-за этого появляется на свет слабое и больное потомство. Меняться с кем-то женами я тоже не хочу. Помоги нам, Владимир.
Тот неопределенно кивнул, но сам даже не представлял, как такое может случиться. Пару ночей он старался, но ничего не получалось. А потом все же случилось.
Через 10 дней окрепшего пилота отправили на собачьей упряжке до крупного стойбища, куда прилетали самолеты.
Вернувшись с Чукотки в Курск, Вова постепенно стал забывать о своих приключениях в яранге, по-прежнему летал на местных авиалиниях. Но когда через 4 года предоставилась возможность поехать на 2 месяца в командировку в Анадырь, он сразу согласился. У него возникло желание проведать своих странных друзей и, может быть, увидеть их общего ребенка.
Он сразу узнал ту ярангу. Вошел. Около очага хлопотала Нина, за ее спину прятался маленький пацаненок, одного взгляда на которого было достаточно, чтобы понять, что это его сын.
-Здравствуй, Нина! Это твой сын? А где Танат?