У замечательной женщины Иды Израилевны Штерн есть не менее замечательная дочка — Сарочка. Обе они так похожи друг на друга, что порой трудно отличить, кто из них кто. Однако Ида Израилевна обожает собирать фарфоровые изделия, а её дочка Сарочка питает страсть к анекдотам. В этом и заключается одно из их главных отличий. И сегодня мы познакомимся с некоторыми анекдотами из коллекции Сарочки. Поехали, товарищи!
***
— Моня, как тебе удается выигрывать каждый раз на бегах?
— Фима, элементарно, я угадываю нужных лошадей.
— Ну, расскажи по-дружески, как?!
— Хорошо, запоминай. Рано утром идешь в синагогу, долго там молишься, затем к тебе во сне придут нужные числа. На них и делаешь ставки.
Через две недели Фима встречает Моню и говорит ему:
— Всё до копейки проиграл.
— А ты всё сделал так, как я сказал? В синагогу ходил?
— Да, ходил и долго молился, запомнил числа во сне. Поставил на них, но всё проиграл. Лошади оказались не те.
— Не понимаю, как же так? А в какой именно синагоге ты был?
— Так в той, что возле моего дома.
— Всё понятно! Это же не та синагога! Возле твоего дома это не для скачек, это для лотереи!
***
— А почему евреи отмечают Новый год осенью?
— Таки осенью ёлки дешевле.
***
— Представляешь, Роза, вчера к моему Изе в лавку зашел клиент и сообщил ему, что его предложение на поставку самое выгодное. Так мой Изя не спал всю ночь, всё никак понять не мог, где именно он просчитался?!
***
Моисей Яковлевич прибегает домой и кричит:
— Роза, ты себе не представляешь!
— А шо случилось?
— Твой внук Изя выкопал в песочнице большую яму и хочет принести её домой!
***
— Фима, ты мог бы одолжить своему самому лучшему другу 100 долларов?
— Ну, разумеется, вот только у меня нет друзей.
***
— Лёва, а вот если бы у тебя были два одинаковых мерседеса, ты бы подарил один мне?
— Конечно, Сёма! Мы же лучшие друзья с детства!
— Лёва, а яхту подарил бы?
— Если б тоже две было? Ну, конечно, Сёма, о чём разговор?!
— Ну, а гуся, гуся подарил бы?
— А вот это уже нечестно, Сёма, ты прекрасно знаешь, что у меня есть два гуся!
***
— Намедни гостил у Рабиновича.
— Ой-вей, и шо ты там делал?
— Исполнял музыкальную пьесу на фортепьяно и пел.
— Понятно. Я тоже не люблю Рабиновича.